— Кристос взглянул на часы, — сорок пять минут назад.
— Тридцать пять, — не удержалась Бекка. — Я потеряла счет времени... нет-нет, я не забыла... просто примеряла свадебное платье.
Кристос смерил ее взглядом, и Бекке вдруг показалось, что она стоит перед ним голой. Она инстинктивно схватилась за отвороты халата.
— Красивое?
— Я в нем не такая толстая, как в других. — Бекка чувствовала себя как корова на льду — неуклюжей и бесформенной.
— Ты не толстая!"
"Изумление Кристоса было столь неподдельно, что она немного оттаяла:
— Я на твоем месте подождала бы с приговором, пока не увидела бы.
— Дай взглянуть, и я выскажу свое непредвзятое мнение.
— Нет-нет, жениху нельзя раньше времени видеть невесту в свадебном платье!
— Ты суеверна?
— Не особо, но удача нам не помешает.
Кристос опустил взгляд на ее босые ноги
— Это правда, — дерзко настаивала Бекка, — которая не должна раздражать тебя...
— Ладно, выбираем правду, — и лицо Кристоса осветилось такой улыбкой, что Бекку опять потянуло на подозрения.
— Спрашивай, — насторожилась она.
Этот вопрос мучил Кристоса с того момента, как Бекка открыла ему дверь:
— У тебя под халатом что-нибудь надето?
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
С трудом одолев захлестнувшую ее волну острого желания, Бекка сердито бросила:
— Очень смешно.
— Совсем не смешно! Я не могу думать ни о чем, кроме как о тебе в моей постели.
Кристос уже давно обнаружил, что мечтает о Бекке ежеминутно, даже в самое неподходящее время — например, на сегодняшней утренней деловой встрече, когда, к удивлению присутствующих, он целых полчаса мысленно отсутствовал.
— Выглядишь потрясающе. Наверное, не новость, что меня к тебе тянет, а?
Кристос опустил темные ресницы, и его неспокойный взгляд пополз по ее горлу с голубыми прожилками, на котором бился пульс.
— Или что тебя тянет ко мне..
— Но...
Я готов был хоть шантажом завлечь тебя в брак, но в мою постель ты придешь только по собственной воле, дорогая.
Он должен был бы сказать это, но не сказал, а рассмеялся — так, что Бекка поняла — зря она рассчитывала на зрелость его мышления.
Сомнения терзали ее потому, что она потеряла контроль над ситуацией.