— прошептал я ей на ухо, слегка потирая ее губы большим пальцем, прежде чем отодвинуться.
Ария слегка кивнула. Выражение моего лица было каменным, когда я повернулся к Ромеро и брату. Маттео выглядел так, словно был близок к тому, чтобы расхохотаться. Однажды я собираюсь утопить его в реке Гудзон.
Бросив последний взгляд на Ромеро, зная, что мне придется встретиться с ним позже, я вошел в лифт.
Маттео наклонился ко мне, и в ту же секунду, как дверь закрылась за нами, его рот широко раскрылся.
— Ария наконец-то позволила тебе попробовать ее вишенку? — я нахмурился.
— Осторожно. — предупредил я.
Он покачал головой и недоверчиво рассмеялся.
— Никаких пикантных лакомых кусочков. Защитный режим мужа. Ждать, пока твоя девственная невеста будет готова, прежде чем ты заявишь на нее права. Если бы я не знал тебя, я бы сказал, что ты питаешь слабость к своей маленькой жене.
"— Почему бы тебе не прокричать это с гребаных крыш или, еще лучше, объявить об этом нашему проклятому отцу, чтобы он мог использовать Арию, чтобы держать меня в узде? Он подумает, что я становлюсь мягче, или что я забочусь о ней, и мы оба знаем, что он сделает так, чтобы этого не случилось.
— И ты делаешь это? — спросил Маттео.
— Делаю что? — прорычал я, и вся моя защита встала на свои места.
— Заботишься о ней. Мы оба знаем, что ты ни за что не сдашься.
Смотреть на Маттео было бесполезно. Все остальные съежились бы под силой моего гнева, но он выдержал мой взгляд.
Двери лифта открылись, и я, пошатываясь, вошел в гараж. Нахуй это дерьмо. Этот брак должен был принести мир и уберечь нас от гребаного Наряда, а не превратить меня в дурака.
— Я так понимаю, это «да», — сказал Маттео у меня за спиной.
Я повернулся и крепко схватил его за плечо.
— Это не чертова игра, Маттео. Я не хочу, чтобы люди думали, что они могут использовать Арию против меня, так что хоть раз держи рот на замке.
— Черт. — пробормотал он. — Ты действительно заботишься о девушке. Ты…
— Просто заткнись, ладно? — сказал я, теряя терпение.
Маттео резко кивнул, удивив меня.
— Ты же знаешь, я никому не скажу, что ты ведешь себя, как порядочный человек по отношению к своей маленькой жене.
Я прищурился, глядя на него.
— Ты сказал Ромеро, что я не трахал свою жену до вчерашнего вечера.