Когда дверь открылась и Ария проскользнула внутрь, держась к нам спиной, я напрягся. Она не была похожа на ту девушку, которую я видел вчера. На ней было скудное платье, открывающее длинные стройные ноги, кремовую кожу и красивую попку. Черт подери!
Когда она наконец повернулась, я обнаружил, что спереди было так же приятно смотреть.
Затем мой взгляд переместился еще выше. Ария опустила голову, ее глаза были опущены на пол, и я видел, как она дрожит от страха и дискомфорта. Что-то защитное и яростное вспыхнуло у меня в груди, напугав меня.
Как могла ее мать позволить ей разгуливать в таком наряде? Держу пари, что Ария не имела права голоса в выборе этого гребаного подобия платья. Я трахал девушек в скудных платьях, но это была моя будущая жена, а ей было всего пятнадцать. Ее родители должны защищать ее, а не относиться к ней так.
Наконец она рискнула взглянуть вверх и встретилась со мной взглядом. Черт возьми, она выглядела так, будто хотела заплакать. Если бы у меня был шанс, я бы убил Скудери и получил бы от этого удовольствие.
Я поставил свой бокал прежде, чем успел швырнуть его в стену.
Ария нервно огляделась вокруг. Остальные мужчины в комнате смотрели на нее с должным уважением, но этот ублюдок Раффаэле раздевал ее своими гребаными глазами. Если бы это было в Нью-Йорке, я бы избавил его от бремени видеть что-либо снова. И, может быть, я бы все равно это сделал, если бы он не прекратил ухмыляться в ближайшее время.
Не обращая внимания на неуважение Раффаэле, Скудери подтолкнул Арию ко мне.
— Это моя дочь Ария, — сказал Скудери с нетерпеливым видом немецкой овчарки, ожидающей, когда хозяин бросит палку.
Фиоре самодовольно улыбнулся мне.
— Я не наобещал слишком много, не так ли?
К черту тебя.
— Верно."
"Младший брат Арии подкрался к ней и взял за руку. Мой взгляд на мгновение задержался на ее ногах, но я оторвал его.
— Возможно, будущие жених и невеста хотят побыть наедине несколько минут? — сказал отец с выражением, который я слишком хорошо знал.
Наверное, он думал, что делает мне одолжение. Я не упустил панического выражения лица Арии, или то, как она практически умоляла своего отца глазами запретить это.