— Тась, он прав. Давай вместе твои вещи заберем и уйдем.
— Ну вообще хорошо бы забрать хомяка. Мама его не любит и точно в поилку воду не нальет. Но я все равно туда не пойду, — могу поклясться, что девчонка хотела топнуть ногой, но как-то быстро пресекла это, видимо, осознав, что босая. Все-таки соображалка работает.
— Ты постоишь возле двери с Алексеем, а я схожу и заберу то, что посчитаю нужным. Хорошо? — этот вопрос скорее был адресован нам двоим. Я на автомате кивнул, сам же заострил внимание на произнесенное Женей мое имя.
Стоило только дойти до нужной квартиры, как до меня дошло, трусит не только девчонка, которую выгнали из квартиры, но и сама Женя. Это отчетливо видно по неуверенно потянувшейся руке к дверному звонку. Но на кнопку она все-таки нажала.
Признаться, я малость обалдел, когда взглянул на женщину открывшую дверь после затяжного ожидания.
— Мне нужно кое-что забрать, — вырывает меня из раздумий тихий голос Жени.
— И тебе здравствуй, Женя. Никаких вещей, купленных на мои и Стаса деньги, тебе забирать не надо.
— Статья шестьдесят девятая семейного кодекса — лишение родительских прав за жестокое обращение с ребенком. Я как свидетель все подтвержу, — не выдерживаю я.
— Вы вообще кто такой? — не сказать, что мать Жени как-то испугалась, но однозначно обратила на меня внимание и руку от двери убрала, распахнув последнюю шире.
— Адвокат по семейному праву. Иди, Евгения, — легонько подталкиваю ее, сам же возвращаюсь к подоконнику, как только дверь закрывается.
— Как у вас это получается? — первой нарушает молчание девчонка.
— Что именно?
— Быть спокойным и так хорошо врать. Я бы поверила, что вы адвокат.
— Умение врать — важное качество для врача, равно как собранность и уверенность.
— Когда ты маленький — можно только врать, а все остальное невозможно.
— Главное не рост, не вес и не возраст. А что?
— У кого больше денег?
— Главное — не ссать.