Мы проплыли на дикой скорости почти час, за который я вымоталась и выложилась настолько, что с трудом загнала лодку на берег, выбрав подходящее и не сильно заросшее место, опять же магией. Вытаскивать из нее парня пришлось уже самой. Как могла, обустроила нас в кустах, побоявшись разводить костер, уложила напарника в его спальник, сама же, закутавшись в свой, села рядом.
Эдриан очнулся, когда я уже начинала по-настоящему паниковать. Сколько можно валяться в бессознанке, в самом-то деле? Куда делась его хваленая совесть?
– Где мы? Где Льюис? – были первые вопросы.
И что я должна ему ответить?
– Попей. – Я помогла ему сесть и протянула флягу. Еще у меня в сумке лежали сухари, те самые, запасенные на черный и голодный день. Вот он опять настал! Просто какая-то черная полоса, честное слово.
– Так что с Льюисом? – Эдриан крутил головой и обшаривал глазами пространство, надеясь, что его брат сейчас выйдет из темноты и скажет, что все в порядке.
– Он остался там. – А что я еще могла сказать? – Прикрыл наш отход.
Я протянула ему подвеску-крыло, которую Эдриан, не веря, взял, а потом уткнулся в нее лбом.
– Возможно, он жив, – попробовала его подбодрить, не особо-то надеясь на такое чудо. Два раза одну нежить не поднять. И одного и того же чуда тоже не случается дважды.
– Крылья свободны, – покачал головой напарник. – Они практически сами отзываются. Значит, прежнего хозяина больше нет…
Честно говоря, я тоже почувствовала нечто такое.
Я положила руку Эдриану на плечо, а потом подумала – и обняла. Вряд ли мои объятия компенсируют горечь утраты, но если ему станет хоть чуточку легче, то мне не жалко.
Эдриан, сжимая в одной руке подвеску, другой крепко обнял меня и уткнулся носом мне в шею. Какое-то время мы сидели неподвижно, пока я не начала задремывать прямо так – день выдался тяжелым.
– Ложись ко мне в спальник, твоим накроемся, – предложил парень, подвигаясь.
Я подумала-подумала и втиснулась к нему, тут же согревшись и быстро уснув.
А проснулась, как ни странно, от холода. Открыв глаза, я поняла, что лежу в спальнике одна, а мешок чуть расстегнулся и сполз с моей спины. Вдалеке брезжил рассвет, а над рекой клубился туман – совсем ранняя рань. С плохим предчувствием я подняла голову и успокоилась, заметив Эдриана на берегу возле лодки.
Он сидел ко мне спиной и, судя по тому, как мелко подрагивали его плечи, плакал.