Металлическая пластина с нанесенными на ней символами, позволяющими расплачиваться, не таская с собой крупную сумму, связываться с другими владельцами подобных артефактов, отправлять короткие послания, а также создавать иллюзии вроде карт или портретов любимых. Обычно она крепилась на кожаном ремешке; у моего ученика браслет полностью состоял из звеньев-символов, явно сложнее и дороже моего, выданного шефом.
– У тебя необычный браслет, – заметила я, когда Эдриан открыл передо мной очередную дверь, сверкнув артефактом.
– Это подарок родителей, – пояснил он, почему-то ниже натягивая рукав. Будь у меня такой подарок, я бы, наоборот, носила его так, чтобы все видели.
Но Эдриан будто смутился.
– И крылья свои? – больше в шутку спросила я.
– Да.
Ответ меня ошарашил. Что человек, имеющий настолько дорогой артефакт, делает в магической доставке? Нет, работа у нас, конечно, интересная, а со стороны – так и вовсе романтика: полеты, дороги, новые места.
Свои крылья богатенькие люди использовали для развлечения, но никак не для работы.
Тогда что он забыл в курьерах?
И почему такого напарника дали именно мне?!
Нет, с одной стороны – понятно. Если действительно охота на курьеров имеет место быть, то вдвоем оно безопаснее.
Виро ни в каких напарниках не нуждался. Полуорк был неплохим магом, а короткий клинок, который он доставал редко, но метко, не раз спасал его в переделках.
Близнецы всегда работали вместе, они физически не могли надолго разлучаться, вернее – магически. Их магический рисунок представлял собой единое целое.
Все остальные выглядели так, что ни один бандит, грабитель или убийца к ним и не сунется. Разве что, пожалуй, наши полуэльфы, но эти точно в состоянии за себя постоять.
И все равно: почему я?
С такими мыслями и в молчаливом сопровождении Эдриана я дошла до нашего любимого заведения, располагавшегося недалеко от вампирского особняка. Очень удобно: получил взбучку от шефа и пошел ее запивать и заедать.