Он сидел с расслабленным видом и лёгкой улыбкой на лице, только светло-голубые глаза смотрели пристально и оценивающе. И от этого взгляда у меня по спине пробежали неприятные мурашки.
– Арт ведь из-за тебя пострадал, – продолжил он.
– Я его об этом не просила.
– А охотников и не надо просить. Это их обязанности и право… он мог пройти мимо… но не прошёл. Вытащил тебя из-под носа Клыков… на их же территории. Притащил сюда, зная, как рискует. А теперь мучается от тёмной магии душнил.
Я покосилась на закрытую дверь, за которой скрылись мужчины, и после небольшой паузы поинтересовалась:
– И что я могу сделать?
– Поделиться светом.
– Тогда почему Арт промолчал?
Макс пожал плечами.
– Не любит просить. В этом весь Арт. Добрый самаритянин, который рискует собой и ничего не требует взамен. Но помогать ему или нет, решай сама.
– Угу.
Влад вернулся из комнаты минут через десять. Один.
Следующий час прошёл сложно. Макс демонстративно меня игнорировал. Включив телевизор, смотрел какой-то американский боевик. Влад то и дело куда-то уходил и спустя несколько минут возвращался. Я предполагала, к семье, которую прятал от нас… ну или проверял того, кто находился под его охраной. Я даже боялась представить, кто или что это может быть.
Я тоже пыталась смотреть телевизор, но кровавое месиво и брутальные качки с базукой наперевес как-то не вдохновляли. Встав, подошла к шкафу с книгами.
Взяв наугад книгу, я вернулась в кресло. Однако сосредоточиться на чтении не получалось. Взгляд то и дело возвращался к двери, за которой остался Арт. Я прислушивалась, надеясь хоть что-нибудь услышать. Переживала, что он испытывает боль. Эта неопределённость нервировала и раздражала. Как и всеобщее молчание.
Стоило Владу в очередной раз уйти, как я тут же поднялась, положила книгу на стол и решительно направилась к двери.
Стучать не стала. Просто распахнула дверь и вошла в помещение.
В небольшой гостевой спальне обнаружились стол, шкаф и с виду неудобный диван, на котором полулежал обнажённый по пояс Арт. Бинты на его животе насквозь пропитались кровью и какой-то чёрной гадостью.
– Вон!
Арт явно не собирался церемониться и проявлять вежливость.