А то, что он со мной флиртует, дарует еще и толику женской власти, по которой я, оказывается, тоже успела изголодаться.
Помедлив несколько секунд под предлогом раздумий, я иду к машине. Опередив меня, Родион открывает дверь — совсем как когда мы только начинали встречаться. Север, кстати, не имеет такой привычки, что и неудивительно.
Запах салонной кожи и мятной жвачки, лежащей в подстаканнике, окунает меня в ностальгию. В течение трех лет, практически каждый день Родион привозил меня на учебу.
— О чем задумалась?
Я мотаю головой.
— Не скажу.
— Ну скажи?
Я смеюсь.
— Нет.
— Скажи! — Родион шутливо сжимает мое колено. — Вспомнила о чем-то?
Опустив глаза, я растерянно разглядываю его руку. Что происходит? Неужто он пытается все вернуть?
— Извини, задумался. — Заметив мой взгляд, он возвращает ладонь на руль. — Это по старой памяти.
— Я вспомнила, как ты отвозил меня на учебу. — Помедлив, признаюсь я.
— Мне это было в радость. — Его голос становится тише. — Мы ведь проводили это время вместе.
Я кусаю губу, гадая, что все это могло бы означать. Его внезапное появление, былая внимательность и воспоминания о прошлом. Значит ли это, что Родион готов меня простить?
— Для чего ты появился? — Я заставляю себя поймать его взгляд. — В последнюю нашу встречу ты вел себя совершенно по-другому.
Нахмурившись, Родион теребит себя за волосы.
— Не знаю, если честно. Я был капец какой на тебя злой. Но потом мы увиделись, и меня как переклинило. Каждый день о тебе стал думать, и понял, что хочу встретиться.
— Это очень мило. — Я улыбаюсь, пытаясь понять, что испытываю после такого признания. Эйфории точно нет. Волнения и восторга тоже. И это странно, ведь я столько раз кляла себя за то, что так бездарно потеряла отношения с ним.
— Как мама с папой?
— Да в порядке все. — Родион слегка хмурится. — Ты же знаешь: папа весь в делах, мама садом занимается.
Я киваю, не решаясь развивать тему дальше. Посмотреть в глаза Максиму Аркадьевичу и Леоне Андреевне я еще точно не скоро решусь.