Музейные работники уже заметили пропажу ценного экспоната, жутко разволновались и сообщили об этом в полицию."
"— Здесь поработали опытные мошенники, — заключил лучший сыщик города господин Хольцингер. — Вскрыть такую витрину, не оставив ни единого следа, могли только ловкие воры.
Но теперь золотые часы лежали на своём месте, как будто ничего не произошло.
На следующее утро музейные работники только покачали головами от удивления.
Привиденчику же было не до них. Его терзали собственные заботы.
Он рассказал обо всём филину Шуху.
— Можете объяснить, почему меня не разбудил генеральский будильник?
Филин заморгал глазами, стараясь найти рассудительный ответ.
Он был умудрён жизнью и, конечно, знал, что у каждого привидения в мире есть своё время и свои часы. Засыпать и просыпаться привидения могут только по этим часам.
«Ваши часы, мой друг, — мог бы сказать Шуху, — внизу, на ратуше Ойленберга. Они, и только они, решают, когда вам засыпать и когда просыпаться. И как бы вам этого ни хотелось, вы не сможете ничего изменить.
Филин Шуху мог бы всё это сказать другу, но подумал, что разумнее промолчать.
Вдруг Маленькому Привидению удастся перевести стрелки на ратушных часах, и кто знает, что из этого получится!
Поэтому филин уклончиво проговорил:
— Знаете, дорогой друг, на вашем месте я бы смирился с тем, что в мире есть такое, чего не изменить, как ни старайся.
Почти чудо
Привиденчик опечалился.
Несколько ночей кряду он бесцельно бродил по замку, опустив голову. И уже не верил в то, что ему суждено увидеть мир при свете дня. Но, как известно, мечты сбываются, и именно тогда, когда этого не ждёшь.
Ратушные часы, как всегда, пробили двенадцать, и с последним ударом Привиденчик проснулся. Он по привычке отряхнулся, протёр глаза, потянулся, выпорхнул из сундука, угодив головой в паутину, прочихался и выплыл из-за трубы, потряхивая связкой ключей.
Однако что это? Чердак выглядел необычно — намного светлее и даже просторнее. Сквозь щели в крыше лился золотой лунный свет.