И сконцентрировавшись, шибанула по этой мерзкой конечности ударной дозой фиолета, не забыв выкрикнуть проклятие.
Тварь дернулась, потрясая обожженной рукой. Я ощутила отвратительный запах паленого тухлого мяса.
Но, даже несмотря на причиненный ей урон, она устремилась на меня, опрокинув на пол и снова нацелившись на мое сердце.
И тут раздался грозный мяв – Мрак бросился на чудо-юдо, вцепившись когтями в то место, где у твари было лицо.
Она мотнула башкой – и мой храбрый защитник отлетел, стукнувшись о стенку.
Кажется, она совсем не чувствовала боли!
Отвратительная обожженная рука снова оказалась у моей груди – я пыталась помешать твари, но она действительно была слишком сильна…
Сама Ребекка не справилась с ней – куда уж мне?
И в этот самый момент, когда меня до краев заполнило отчаянье, послышался звон разбитого стекла.
Тварь отлетела от меня, сметенная мощным потоком зеленой магии, которая возникла из ладоней Кайзера.
Это он разбил стекло на двери, и сейчас наступал на тварь, которая забилась в угол.
Инквизитор шибанул по ней ударным зарядом, отчего существо распалось на кучу мелких частиц, и этот черный рой рванулся к выходу, который теперь зиял на месте разбитой двери.
Кайзер преградил ему дорогу знакомым занавесом из тонких зеленых нитей, но темный рой не растерялся, мгновенно нырнув в вытяжку.
И был таков.
Инквизитор подскочил ко мне, поднимая с пола и заключая в объятия.
Правда, перед этим Кайзер тщательно проверил меня на целостность.
А я схватила на руки своего котика, поглаживая его по шерсти и успокаивая.
И еще... Никогда я не видела инквизитора таким озабоченным.
– Как ты здесь оказался в такое время? Я думала, ты давно дома… – от пережитого шока мой голос звучал растерянно.
– Помнишь, ты сказала мне, что почувствовала в ванной какую-то темную сущность? Как будто злой двойник наблюдал за тобой из зеркала…
Я помнила, как бросила инквизитору эту фразу, вовсе не надеясь, что она дойдет до него.
Но я обратила внимание, что, после того, как вернулась, зеркало из ванной пропало.
Мне еще тогда было любопытно спросить, куда же Кайзер его дел, но гордость не позволила.
Зато я могла спросить сейчас.
– Что ты с ним сделал, с этим зеркалом? Выбросил?
– За кого ты меня принимаешь? – Кайзер, вроде бы, даже обиделся. – Я отдал его на экспертизу в инквизицию.