Но сейчас Максимилиана яростно прошипела:
– Пошел к черту, Роуэн! Будь ты проклят вовеки веков, абьюзер хренов!
И попыталась выскользнуть.
«Абьюзер» было новым для меня словом, но явно каким-то особо грязным ругательством.
Это разозлило меня еще сильнее.
Максимилиана оказалась подо мной. Я завел ее запястья вверх и прижал руками, глядя в стекла очков, за которыми сияли и вспыхивали ее злобные, живые, яростные глаза.
И тут я увидел.
Зеленые.
Глаза Максимилианы были зеленые.
В следующий миг ее безвольно лежащая рука сжалась в кулак, и я увидел ярко-фиолетовую вспышку магии.
Более того, не просто увидел – почувствовал ее, как острый заряд тока, который прошел сквозь меня.
Боль, которую я почувствовал, была полной ерундой – я мог стерпеть ее легко, играючи.
Я выпустил ее вовсе не поэтому.
У Максимилианы Видаль не было магии.
Никогда не было.
Она была пустышкой. Убогой.
– Еще раз хоть пальцем ко мне прикоснешься, Роуэн – горло тебе перегрызу!
Воспользовавшись моим замешательством, жена бешено сверкнула своими зелеными глазищами за стеклами очков и, отпихнув меня, как комета, выскочила из спальни.
Я поспешил за ней, чтобы догнать, но остановился, припоминая.
Ее мать, Ребекка Видаль, была волшебницей с очень слабым, посредственным даром.
Теоретически, она могла передать дочери крупицу, слабую искру своей магии, которая проявилась так поздно.
Но то, что продемонстрировала она, было ни черта ни крупицей, ни даже искрой.
Это было яркой вспышкой!
Надо бы поподробнее выяснить про ее матушку.
Интересно.
Очень даже интересно, Максимилиана.
Ты хотела меня развлечь, и у тебя это неожиданно получилось.
Признаю, что занятно будет все-таки заморочиться и выяснить – что же с тобой стало не так?
ГЛАВА 36
Со дня, когда я влезла в спальню Кайзера и вопреки всему смогла оттуда вырваться без потерь, прошло достаточно много времени.
Эти две недели я не сидела, сложа руки.
Наоборот, носилась по Твинбруку, как на метле!
В переносном смысле, конечно…
Пока в переносном.
Учитывая мою деятельную натуру, я уже сейчас могла похвастаться достойными результатами.
Главное – на следующий же день я прямо с утра отправилась в юридическое бюро и по всем правилам подала прошение о разводе с возвращением девичьей фамилии.
Кайзер относился к этому крайне скептически и паршиво ухмылялся.
Он был абсолютно уверен, что я просто выпендриваюсь, и вскоре отзову прошение.