Так что довольно скоро всем в школе стало неважно, насколько кривые у Риты Ивановой зубы (на самом деле довольно кривые), насколько сильно торчат у нее уши (это удачно удавалось скрыть распущенными волосами) и есть ли у Риты карманные деньги (нет и не было, но всегда находились те, кто угощал шоколадками и жвачками, пытаясь завоевать ее расположение).
А в восьмом классе к ним в гимназию перевелась Марта, и через месяц после этого случилась первая встреча с Марком. Запоминающаяся встреча, надо сказать.
— Рита Иванова? — спросил, прищурившись, высокий старшеклассник, когда она проходила мимо по коридору.
— Ну, — она выпятила вперед подбородок. — А че надо?
— Сюда иди, дрянь мелкая.
Он дернул ее за руку, и как-то — Рита сама не поняла как — она оказалась прижатой к стене, а над ней нависал этот старшеклассник. Пронзительно голубые глаза смотрели на нее с красивого породистого лица.
— Если ты еще раз, — угрожающе прорычал он, — будешь издеваться над моей сестрой, я тебе шею сверну, поняла?"
"— Нет, — Рита нагло уставилась на него снизу вверх.
— Чего нет?
— Ничего нет, — передразнила его Рита и с удовольствием увидела, как дернулось его лицо.
— Марты Рихтер.
Рита даже на секунду зависла, вспоминая, чего такого она этой толстухе сделала. Ну ржала вместе со всеми, когда та болталась на канате перезревшей грушей. Ну коровой жирной пару раз назвала, так это ведь правда! У этой Марты задница на стул не помещается.
— Слышь, да ниче я твоей сеструхе не делала, — искренне возмутилась Рита. — Отвали от меня!
Старший Рихтер вдруг больно схватил ее за плечи и очень ощутимо тряхнул.
— Ты кинула жвачку ей в волосы!
— Эм…
С запоздалым раскаянием Рита вспомнила, что было что-то такое неделю назад. Но честно говоря, она просто промахнулась: метила на самом деле в стоявшего рядом Лопаткина, а вышло вот так.
— Я случайно, — заявила она и снова трепыхнулась, пытаясь вывернуться из его рук. Но Рихтер держал крепко.
— Извинишься, — строго сказал он. — Перед всем классом встанешь и громко извинишься перед Мартой.