Машина, которую он заметил в прошлый раз, серебристая «Панопа», осталась на прежнем месте, за колонной, в самом дальнем углу. – На случай непредвиденных встреч, – добавил он машинально.
– Ну да, – глубокомысленно произнес дэймос.
Звук их шагов гулко разносился по обширному помещению. Аякс ступал совершенно бесшумно, хотя умел топать и цокать когтями не хуже собаки.
Лифт за несколько секунд взмыл на двадцать пятый этаж. Дверцы разошлись с мелодичным звонком, выпуская спутников в длинный светлый коридор. Здесь было не меньше десятка одинаковых дверей тускло-серого цвета.
Самая дальняя из них оказалась перетянута широкой лентой, вызывающе желтой на этом унылом фоне. Кот уверенно побежал к ней, сел напротив, толкнул лапой и выразительно оглянулся на сновидящих.
– Да мы в курсе, что она заперта, – сказал дэймос. Вытащил из кармана крошечный прибор, состоящий из тонкой черной пластины, оглянулся, присел перед замком, прижал к нему устройство.
Экран электронной отмычки ожил, по нему заметались разноцветные синусоиды, Мэтт мгновенными движениями, едва касаясь сенсорной панели кончиками пальцев, заставил их слиться в одну линию. Замок щелкнул, открываясь. На всю операцию потребовалось не больше чем полторы секунды.
– И часто ты так развлекаешься? – спросил Герард.
– Только когда нужно достать рабочий материал, а клиент сопротивляется, – ответил дэймос, распахивая дверь.
Аякс прошмыгнул в помещение первым. Небольшая квартира-студия была пуста.
Мэтт, обойдя несколько раз комнату, плюхнулся на него и закрыл глаза, пробормотав:
– Хорошо подчистила следы.
– Вещи могли забрать друзья или родственники. – Герард подошел к окну, отогнул пластиковую полоску.
Вдалеке, за сверкающими крышами, на фоне синего летнего неба виднелся последний этаж Парламента – несколько портиков и сапфировый флаг Содружества. Ветер лениво перебирал его тяжелые складки, то сворачивая, то разворачивая огромное полотнище.
Аякс легко вспрыгнул на кухонную стойку, прошел по краю, балансируя хвостом, приблизился к мойке, обнюхал ее и начал облизывать кран длинным шершавым языком.
– Он пить хочет, – сказал дэймос, не открывая глаз.
– Нет.