Меч Томаса

– Я бы сказал, где ты сам скользкий, но не стану, – сообщил Олег, выходя на заднее крыльцо, здесь солнечно, золотистые лучи красиво подсвечивают траву, из леса доносятся птичьи переливы.

Вдалеке, накрытое огромным куском полотна, что-то высится над верхушками деревьев. Хозяин дома бодрым шагом направился прямиком туда, собаки радостно побежали за ним.

Олег потянулся, позвоночник сладко хрустнул, а Савмак все не унимался.

– Да говорю тебе, пастор, – продолжал шептать он. – Странный он. Видал, как на болотницу смотрит?

– У ней есть, на что посмотреть, – согласился Олег.

Савмак отмахнулся.

– Да нет. В смысле да. Посмотреть есть на что, но я не об этом. Это ж вроде наша болотница. С нами пришла. Чего глазеть на чужих баб?

Олег пожал плечами.

– По-моему, ей нравилось.

– Пастор, да как ты можешь? – изумленно выдохнул ратник. – Девичью честь надобно защищать и блюсть от всяких скоромных взглядов и вожделений.

Волхв кивнул, перешагивая через муравейник.

– Ага. Глазеть разрешается только тебе.

Ратник вскинулся в изумлении, нога зацепилась за еще один муравьиный холмик, он споткнулся и полетел в траву.

Но воинская сноровка не дала позорно рухнуть на землю – он резво перекувыркнулся и снова оказался на ногах. Глаза круглые, лицо чистое, а сам словно хоть сейчас готов на славный подвиг.

– Я? А что я? Я ничего такого не делал, – быстро проговорил он. – Что ж поделать, коли болотница ну… с вот такими.

Олег уже не слушал, его взор нацелился на громадный под пологом вытянутый предмет впереди, возле которого хозяин дома торопливо развязывает веревки от покрывала.

Подвоха волхв от него не ждал, но осторожность впиталась в кровь с самого рождения, дала плоды и зацвела буйным цветом рассудительности и рациональности. Поэтому, когда Жан ловким движением, будто он шут на ярмарке, сдернул гигантский полог, Олег напрягся и приготовился бежать или нападать. Но лучше бежать, потому что бегство экономит энергию и в перспективе дает больше шансов выжить.

Полог ниспадал долго и царственно, в замедленном действии опускаясь на траву, а когда сполз окончательно, перед Олегом и Савмаком предстал исполинский продолговатый шар, перетянутый канатами.

Снизу шара эти канаты крепятся к люльке в виде лодки, которая мерно покачивается над землей на высоте человеческого роста, в самой ее середине большая горелка, а также длинный горизонтальный шест с лопастями.

Слева раздался громкий вздох изумления Савмака.

– Это что за чуда-юда? – спросил он и подался вперед.