Меч Томаса

Капитан Патрик все еще на капитанском мостике, вцепился в штурвал мертвой хваткой, похоже, даже погружение в морскую пену его не напугало – вода с капитана льется ручьями, лицо блестит от воды, губы кривятся в улыбке, похожей на оскал.

– Держись! Сухопутные крысы! Старый морской волк еще сгодится! – прокричал он.

– Обезумел, – заключил Олег и обернулся к морскому богу со словами: – Человек хоть и мал, но воля его сильна. Да, он зависит от веры. Но веры в себя. А вы, боги, живы только из-за веры в вас. Так что без человека вам никак.

– Я могу прямо сейчас пустить вас ко дну на корм рыбам! – прогудел морской бог, грозно потрясая острогой.

Олег пожал плечами.

– Может, можешь, – предположил он. – А может, нет. Но ты уверен, что с этого будет толк? Вон погляди, они тебя даже не видят.

Олег кивнул в сторону капитана Патрика и продолжил:

– Он сражается со стихией, со штормом, а вовсе не бьет челобитные тебе. Тебя ждет если не забвение, то слабость. Наверное, ты это сам понимаешь.

Глаза морского божества полыхнули молниями, лицо озарилось яростью и гневом, могучие пальцы стиснули острогу.

Олег приготовился к его атаке, натренированное битвами и странствиями тело напряглось, он согнул руку в локте, чтобы в нужный момент выбросить вперед и пустить из пальцев столб магии, выставляя щит. Давно он не применял эти умения, потому как если решил, что человечеству нужен иной путь, значит, сам должен быть примером. Но сейчас тот случай, когда приходится пойти на уступки перед собственным решением.

Небо завыло, волны загудели протяжно и жалобно, как раненый зверь в последний миг жизни.

Но в один момент все затихло. Ветер ослаб, волны улеглись, только небо все еще черное и нависает низко, угрожая прорваться обильным дождем. Морской бог тяжело вздохнул, руки опустились, острога погрузилась в воду, а чарка опрокинулась, залив водную гладь густой пеной. Переплут как-то весь осунулся, хотя все еще выглядел грозным и могучим, но из него словно ушла ярость, остались усталость и немой вопрос.

– Понимаю, – с печалью в голосе произнес он.

 – И потому учиняю шторма с непогодой. Чтобы помнили, чтобы знали…"

"Тучи постепенно стали редеть, уже не дегтярно-черные, а всего лишь черные, как смола. Олег повел носом, как старый пес, воздух свежий, соленый.

– Понимаю, – сказал Олег. – Время идет, каждый день мы уже чуть иные, чем вчера. Боги незыблемы, пока их не низвергнут.

Морской бог горько усмехнулся.

– И кто же их низвергнет? Не человечий ли криль?

Олег кивнул.

– Человечий.