Обернувшись, он молча кивнул рыжебородому. Тот сразу же махнул кому-то на стене и в следующий миг массивные ворота со скрежетом раздвинулись в обе стороны. Из лагеря выехал бронированный грузовик с закрытым кузовом, а за ним кран и погрузчик. Началась рутинная работа по погрузке товара.
В это время граф отвел меня в сторонку, приказав телохранителям ждать его.
— Молодой человек, — обратился он ко мне, взяв меня под руку и с интересом заглянув ко мне в глаза, — а я вспомнил, где вас видел. Это было на приеме в имперском клубе в день убийства вашего отца.
Я постарался, чтобы ни один мускул не дрогнул на моем лице.
— Как бы то ни было, — продолжил граф, — но могу вам с уверенностью сказать, что вы достойный сын своего отца. И раз уж мы теперь по одну сторону имперских законов, — Василий Андреевич кивнул на лагерь контрабандистов, — и вполне знакомы друг с другом, позвольте вам предложить еще одну сделку лично от себя.
"Артефактор вытащил из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист бумаги и передал его мне.
— Здесь список того, что мне нужно. С указанием цены, которую я готов за это заплатить. Если, конечно, товар будет надлежащего качества, как, скажем, это замечательное сердце каменного голема. — И граф кивнул в сторону загружаемого в грузовик артефакта. — В конце указан мой телефон. Если вы сможете что-то из этого достать, то сообщайте мне и привозите товар в этот лагерь.
Черт возьми! Похоже граф Гуров с самого начала знал, с кем имеет дело. И это была очень плохая новость. Если про меня смог узнать он, то сможет пронюхать и еще кто-нибудь. И самым непонятным для меня был источник утечки информации. Вариантов могло быть много, если бы не одно но: граф не стал бы так просто верить слухам.
— Боюсь, Василий Андреевич, — ответил я графу, — что вон тот рыжий парень будет против и расправится со мной при первой же возможности. Так что поставка в этот лагерь чего бы то ни было сейчас под большим вопросом.
Артефактор громко рассмеялся.
— На самом деле он не так плох, как может показаться с первого взгляда, — хитро глянув на меня, сказал он.