Твой Филипок должен поскорее найти разрядку, как награду за такой трудный вечер, — на одном дыхании произносит Лиля. Я же машинально перевожу взгляд на тумбу в прихожей, на которой лежат ножницы. Не раздумывая, хватаю их и резко подношу к Лилиному лицу. — Ты что больной? — в ответ на мои действия закрывается двумя руками.
— Здоровый, — отрезаю розовую прядь.
— Это как понимать? — убирает от лица руки, переводя взгляд на мою ладонь.
— Заговор сделаю. Шутка. Просто прядь твоя — уродская. Я пообещал себе, если выберемся — отрежу ее, к чертям собачьим.
Глава 11
Старшая медсестра смотрит на меня с каким-то диким обожанием.
— Молодец, Егорушка. Ручки у тебя прям золотые. Все, через две недели можешь приступать к работе. Как раз твоя предшественница уйдет в декретик. Санитарную книжечку ты же уже сделал?
— Сделал, — как можно сдержаннее произношу я, а у самого все подгорает от излишества уменьшительно-ласкательных словечек старшей медсестры.
— Ну все, давай тогда беги на учебу, а то опоздаешь. И без того устал за ночь.
— Бегу.
И падаю. Ехать на занятия совершенно не хочется. Цикл по онкологии настолько бестолковый, что стимула появляться на занятиях — тупо нет. Ни проверок, ни знаний, ничего. Что-то пошло не так. Точнее идет и идет. И, сука, не прекращается. В моих планах по отношению к Синичкиной все было совершенно по-другому.
Мне невыносимо скучно. Настолько все скучно и неинтересно, что хоть вешайся. Практика перед устройством в больницу — единственное, что приносит мне удовольствие, хоть это и не то, чем я хочу заниматься. Но я реалист, и прекрасно понимаю, что делать то, что я хочу, мне еще не светит как минимум год.
Нехотя заезжаю на территорию «Песочки» и поднимаюсь в нужную аудиторию.