Я просто…
– Хочешь мне понравиться, чтобы я тебе выложил все. Всю свою долбаную историю. Решил купить меня, а? Нащупал нежное место – и р-раз крючочком… Да?
– Вовсе нет! Это абсолютно реальный случай…
– Да иди ты!
– О, – трубно втянул сопли горбоносый Арменчик. – Мечтатели ругаются, чья мечта мечтательней.
Артем, обозленный на себя и на этого глупого старого враля, положил затылок на истыканный пулями песок и сжал веки. Сказочник гребаный. Только на душе короста нарастет – кто-нибудь придет и отковыряет.
Старик насупился и не собирался Артема переубеждать.
Да и хер бы с ним.
До конца дежурства они не обменялись больше ничем. Выходя на станцию, Артем даже переглядыванием со стариком не попрощался.
* * *– Есть проверенная информация. Пойман сигнал с Кольского полуострова. Там есть выжившие! – Артем посмотрел на Кирилла многозначительно.
– Правда?!
– Правда!
Кирилл аж подскочил, так обрадовался. Не рассчитал с воздухом, и зашелся кашлем. Артем, зная, что будет, дал ему платок – приложить к губам.
– Это все пройдет. Будешь еще крыс гонять! Подумаешь, чуть-чуть крови!
– Мамка ругается. Не показывай ей. Не покажешь, ладно?
– Ну ты что! Мы же с тобой – во! Команда! Ты меня не сдаешь, я – тебя!
– Поклянись Орденом.
– Клянусь Орденом.
– Торжественно поклянись.
– Торжественно клянусь Орденом.
Кирилл забрался к нему на колени.
– Давай. Рассказывай.
– В общем, – начал Артем.
– Класс! – сказал Кирилл, лупая огромными бледными глазищами. – А это реально правда?
– Реально правда. И от этой электростанции столько идет тока, что хватает весь город держать в тепле круглый год.
– Не-а.
– Как стакан, только большой.
– Зачем?
– Чтобы тепло не уходило. Снаружи – снег, вьюга, а внутри – теплынь! Деревья цветут. Вон как в книжке твоей. И прямо сады фруктовые, яблоки там… Помидоры, кстати. Люди по улице в майках ходят. Цветы повсюду. Еды навалом. Сладостей там всяких. Игрушки – не то, что у тебя тут, гильзы стреляные одни. Разные игрушки.