Я не была настолько уж дурой, чтобы допустить мысль, что Денис доверил меня Максу без оглядки, и поначалу устраивала маленькие проверочки границ дозволенного – могла, например, выйти из дома и, игнорируя ожидающего у подъезда Макса, пойти на троллейбус. Или кидала ему какую-нибудь дезу, типа – сегодня ночью иду с подружками в клуб… Всякие глупости, на которые не следовало никакой реакции со стороны Дениса. Значит, они до него не доходили? Я не злоупотребляла, но всё-таки могла теперь без опасения попросить о такой мелочи, как, например, промолчать о Ленкиной выходке.
Глава 22
Однажды утром, тормознув на светофоре перед перекрёстком, он выдал:
– Прикольно, слушай. Но, думаю, скоро снимут.
– Что снимут?
– Глаза открой.
– Блин, Макс, я вообще-то опаздываю!
– Ну, ладно тебе, просто посмотри по сторонам!
Я посмотрела и офигела.
– Ой, всё… Поехали!
Но когда проезжали мимо билборда – чуть шею себе не свернула.
– А почему снимут-то? – спросила как бы между делом, а сама замерла в ожидании ответа.
Макс пожал плечами:
– Слишком красивая. Будешь создавать аварийные ситуации.
– Ой, скажешь тоже!.. – шлёпнула его по плечу, но было приятно, конечно."
"Не знаю, кто сказал о рекламе маме, но она даже навернула круг по городу на автобусе, чтобы увидеть её воочию. Вся общага гудела и гордилась, так, словно это было всеобщее наше, общажное, достижение. Артём, подросток со второго этажа, даже снял билборд на фотоаппарат и наштамповал фоток в своём фотокружке.