Могла бы и не приходить сегодня. Староста не сказала разве?
Я глянула на Барбашину – она усиленно делала вид, что не слышит этого разговора. А может, и правда не слышала. И вообще, она была похожа на привидение: бледная, худая какая-то, заторможенная. Даже смотреть жутко.
– Так что, мне можно не писать?
– Да, можешь идти. Не отвлекай Машкову, у неё-то как раз не так уж всё и радужно.
Ленка тут же пихнула меня коленом под партой, скорчила рожу.
– Я… я посижу ещё, – обречённо пискнула я и написала на Ленкиной бумажке: «Кажется?»
Она неопределённо мотнула головой и погрузилась в решение задания.
"Мне бы действительно уйти. Предстоящего разговора страсть как не хотелось, я уже заранее не понимала, как себя вести – подчёркнуто безучастно или наоборот – делать вид, что охреневаю от услышанного? То, что Ленке не терпелось обсудить это, было очевидно, как и то, что кроме как со мной – больше не с кем. Наверное, ещё и поэтому мы с ней, не смотря на все противоречия и конфликты, с третьего класса держимся вместе: обе «однолюбы» и в принципе, кроме компании друг друга, нам не требовалось других подружек… Долбануться можно.
Забрала у неё бумажку, дописала уже в самом уголке: «Так спалила или нет?»
– Потом расскажу, – шепнула Ленка и настойчиво так постучала ручкой по листу с заданием, безучастно глядя при этом в другую сторону.
Я глянула. Система уравнений. Лена, блин, программа за десятый класс, где твои мозги? Пробежалась взглядом – всё верно. И то хорошо.
– Кобыркова, пойди-ка всё-таки погуляй, – тут же настойчиво предложила мне Ольга Дмитриевна, и я согласилась.
Одновременно со мной из-за парты поднялась и Ленка – то задание было последним. Сдала листок, выскочила за мной в коридор.
– Короче, слушай! Помнишь, я с ним тогда в Олимпе этом твоём столкнулась? Так вот, он в тот раз был на какой-то другой тачке, не на своей. Джип крутой такой, новенький – чума просто! Сказал, взял у партнёра, пока его Опель в ремонте…
– Опель?!
– У отца Опель, да, – подтвердила Ленка.
– А как ты его узнала, отца-то? Джип ведь тонированный.
Ленка замерла.
– А ты откуда знаешь?
Бли-и-ин, Кобыркова…
– Ну, видела возле Олимпа.
– Когда? Мы же тогда раньше тебя уехали?
– Ну… Твой отец ещё заезжал потом. У них с Зойкой дела какие-то там…
– Та-а-ак, а Зойка, это у нас кто?
– Хозяйка салона.