На первой перемене она тащила меня «под тополь», но я отказалась: а что, не курю, имею право не ходить! А вот на второй, большой перемене, фокус не прошёл. Ленка довольно быстро вернулась из курилки и потащила меня в столовку. Смотрела изучающе и помалкивала, жуя пирожок за пирожком. Наконец, не выдержала:
– Ему же минимум под шестьдесят? А говорила – сорок?
В первый момент я не поняла, а потом дошло, что речь о Виталии, и даже радостно стало:
– Ааа… Да! Я приврала немного, как-то неловко было, что совсем уж старый.
"– Немного, ага! Да и машинка у него, прямо скажем, не молодая. Хотя аккуратненькая, конечно. И что? В чём прикол-то, Кобыркова? Могла бы и покозырнее кого-то найти. Блин, а расписывала-то как! Красавчик, авторитет… Чёт я даже не представляю, чтобы вот этот в сексе зажигал, или в ночном клубе тусил. Тоже набрехала, небось?
– Ну, так…
– М-да, Кобыркова. Тяжёлый случай. Но я хоть спокойна теперь за тебя. Хочешь, обижайся, хочешь, нет, но на крутяшка он у тебя ну совсем не тянет! Не понятно, правда, ты мне врёшь или он тебе… – Залпом допила компот.
Я счастливо улыбалась и с готовностью поддакивала ей.
– Лен, ну… Извини! Правда, стыдно было. Даже сейчас как-то не по себе. И я, если честно, уже подумываю поменять его на нового. Ну, не дуйся! Как у самой-то дела?
– Да, как обычно. Подумываю, вот, может переехать?
– В смысле… Куда?
– Ну, – она свернула из салфетки трубочку, завязала из трубочки узелочек, – в Подольск, например.
Я тут же вспомнила Медведя, опустила взгляд.
– Можно сказать, пригород. – Помолчала. – А с чего вдруг?
– Крёстный зовёт. Говорит, там можно будет на вышку поступить. С одной стороны – проще, чем в самой Москве, а с другой, ещё и возможность перевестись потом в столицу.
– Ну… Логично. А почему именно Подольск?
– Да потому что крёстный оттуда. Папанькин дружбан ещё по службе. Классный мужик, между прочим!
Я невольно улыбнулась.
– Чем?
– Не поверишь – всем! Такой спокойный, основательный какой-то. Если прям честно, я бы предпочла, чтобы он был моим отцом. Его, знаешь, как сказать… Хочется слушаться. В отличие от моего истероида, блин – тому наоборот, охота всё назло делать, чтоб не умничал много. Он прикинь, даже не соизволил заявиться, когда крёстный приехал, а ведь они с самой юности дружат! Дядя Миша точно бы все дела оставил, если бы друг приехал.