Михаил II

И это несмотря даже на непростую обстановку в самой Российской империи. Об этом мне доложил исполняющий обязанности главнокомандующего после отречения Николая Второго генерал Алексеев. Но я не верил, что наш основной противник успокоился. Наверняка германский Генштаб готовит новую каверзу против моей родины. И в ней основной упор делается не на действия полевых армий, а на пятую колонну. А значит, будут активизировать свою агентуру и усугублять все проблемы, которые имеются в России. Недовольство рабочих можно притушить поставкой продовольствия из Ковеля.

Не бог весть что, но этим я надеялся сломать инспирированную врагами волну слухов о нехватке продовольствия. На самом деле продовольствия в Сибири и на Кубани было полно. Проблема была только в доставке этих продуктов в промышленные центры. Акты саботажа начали разрастаться на железных дорогах. За короткое время навести порядок на железных дорогах не представлялось возможным. Мы с Кацем долго думали над этим вопросом, но пришли к выводу, что, не имея квалифицированных кадров и времени, не имеет смысла силами уже довольно прогнивших силовых ведомств бороться со случаями, в общем-то, не очень заметного саботажа. С заметными и крупными жандармерия боролась, а на мелкие практически всё начальство смотрело как на безалаберность и разгильдяйство. Зачастую так оно и было, на это и был расчёт у истинных организаторов саботажа. Эти люди, пользуясь тем, что они сидели на высоких должностях, злонамеренно попустительствовали разгильдяйству и мелким нарушениям. Даже финансово стимулировали такое поведение работников железной дороги. Основываясь на данных, полученных от Родзянко, Кац пришёл к неожиданному выводу, что следы такого поведения руководителей железной дороги ведут к великому князю Николаю Николаевичу. Когда тот был главнокомандующим, железные дороги функционировали более-менее нормально, а когда Николай взял на себя эту роль, работа железнодорожного транспорта начала ухудшаться. На фронте положение улучшилось, а вот в тылу настроения стали ухудшаться. Парадокс, но Кац, автор этого вывода, сам состоял из сплошных парадоксов. Может быть, поэтому его выводы, как правило, оправдывались. Например, отношения между сотрудниками нашего НИИ мозга были весьма запутанные. Мне абсолютно было непонятно, кто кого уважает, а кого терпеть не может. На словах и в личных отношениях люди были милые и приветливые, а на самом деле в нашей богадельне кипели поистине шекспировские страсти.