А мы не собираемся продавать бриллиант, мы лишь вернем его настоящему владельцу. Цитируя классиков, не вижу, почему бы двум благородным донам не восстановить историческую справедливость, когда им этого хочется.
Аверин бросил на него смешливый взгляд, на губах мелькнула ухмылка. Мелькнула и пропала.
— Благородные доны! — проворчала Оля. — Просто умереть, не встать.
Но Ямпольский в чем-то был прав, саудовского принца обворовали нагло и цинично, и Давид не мог этого не знать. Ни сам Данилевский, ни его отец, так что Оля умолкла.
— Молодец, Эскобар***, — одобрительно хмыкнул Ямпольский, — впечатлил так впечатлил!
Аверин бегло осмотрел содержимое сейфа, вынул оттуда небольшую шкатулку и попытался ее открыть, но та не поддалась."
"— Уходим, — сказал ему Ямпольский, — забирай с собой, потом вскроем. Шкатулка с секретом.
Закрыли сейф и дверь в хранилище, и Аверин с Ямпольским повели Олю по длинным коридорам, двигаясь в темноте плавно и стремительно, а главное, в правильном направлении.
— У вас что, вместо глаз приборы ночного видения? — забубнила Оля, но мужчины разве что не несли ее под локти, так что идти было легко. И когда в конце очередного коридора ее окутал теплый воздух, Оля поняла, что они вышли из замка. Только из самой дальней башни. И самой высокой.
От башни шел длинный мост, который выходил прямо на дорожный серпантин, опоясывающий гору.
— Как же мы попадем на ту сторону? — расстроилась Ольга, но ответа не получила. Вместо этого Аверин с Ямпольским свернули в небольшое строение у моста — она уже говорила, что для некоторых такое понятие как «закрыто на замок» не существует в принципе?
Оля осторожно ступила на мост, крепко взялась за перила и заглянула вниз. Под ней простиралось настоящее ущелье, по дну которого текла настоящая горная река.
Мужчины вернулись, волоча за собой каждый по вороху веревок и ремней с крепежами, и когда Оля поняла, что это такое, отступила на шаг, отчаянно мотая головой. От этого ее «Нет» прозвучало как-то особенно решительно и твердо.
*Дон Вито Корлеоне — главный герой романа Марио Пьюзо «Крёстный отец», 1969г.