Ты рассуждаешь о себе со стороны, только ничего сделать не можешь, потому что ты — это не ты. А Рой злится, потому что Джим отлично проиграл его суть. И Бернарда — молодчина. В лабиринте Роя нашла тот единственный правильный проход, который привел ее к пониманию. Роман написан чудесно, потому что она научилась свободно перемещаться внутри Маккены. Но она слепа, хотя и не знает этого. Это был лишь обводной канал, а Рой уходит нутром совершенно в другую сторону. Она описала то, что он показал, но это совсем не то, что он есть на самом деле.
— „У меня не было никакой карьеры, когда начался сериал. Мне не о чем было рассказывать. И мне неинтересно было обсуждать мои сексуальные предпочтения“, — продолжал Сноу, и Энди понял, что народ во главе с ведущим продолжает таскать его ориентацию туда-сюда-обратно, словно все еще ждут, что он скажет нечто совершенно обратное.
— Он так отчаянно кричит о своей натуральности, что создается впечатление, что он не только с тобой терял девственность…
— Он будет актером одной роли, — неизвестно почему вдруг произнес Энди.
Молчаливый вопрос Роя, заключенный во взгляде, переведенном с Джима на парня, приобрел характерную шершавость.
— После тебя он вряд ли сможет играть стандартного супергероя. Он так же вляпался в тебя, как и я или Стив. Мы ведь тоже актеры одной роли. Что в тебе такого, что люди тонут в этом?
— Я свят в своей идеальности, — хотел отшутиться Маккена, но Энди совершенно серьезно ответил:
— Ты порочен в своей идеальности. Ты — наркотик, вызывающий привыкание.
— Может, тебе полежать в наркологии?
— Лучше сдохнуть от передозировки.
— Еще один вопрос, — нетерпеливо ерзая в кресле, продолжил ведущий. — Как вы можете объяснить, так сказать, идеальные десятилетние отношения Рея и Криса? Им же было уже почти по тридцать, когда они познакомились при, в общем-то, весьма случайных обстоятельствах. Не кажется ли вам, что Рей попросту использует своего друга?
— Это достаточно сложный вопрос.