По данному факту ведется следствие, — процитировала по памяти Инесса.
— То, что об этом передали в СМИ, это хорошо. Плохо, что не назвали, в каком именно фонде это произошло, — высказалась я.
— Вряд ли Ферапонтов слушает радио, — заметил Ариша.
— Конечно, нет, он ведь лежит в частной клинике «Пульс», — подала голос Инесса. — А вот сарафанное радио может донести до него нужную информацию. Моя приятельница работает там медсестрой, и, если надо, я встречусь с ней…
— Надо, — сразу же сказала я.
— А мне думается, что все это очень жестоко по отношению к умирающему человеку.
— Позволь с тобой не согласиться, Аристарх, — возразила Инесса. — Антонина сказала: есть надежда, что ее брат поправится. Метастазов нет. И тут очень многое зависит от желания самого человека жить. Ферапонтову нужен мощный стимул, чтобы вылечиться. Кто знает, может, осознание того, что он нужен «Грифу», заставит Андрея поскорее встать на ноги?
— Может, ты и права, — Ариша не стал дальше спорить с дамой своего сердца.
* * *На следующий день сразу из двух источников ко мне поступили сведения о том, что Ферапонтов сложил со своего племянника обязанности директора, возвратив его на место системного администратора. Одновременно с этим Андрей Никитич вернул полномочия своему бывшему заместителю, которого Бочаров первым же указом перевел в рядовые охранники. Сначала об этом мне рассказала по телефону Инесса, правда, весьма поверхностно. А ближе к вечеру мне позвонила Татьяна Беспалова и уже более подробно обрисовала ротацию кадров в ЧОПе «Гриф», последовавшую за чередой ЧП.
— А ты откуда все это знаешь? — поинтересовалась я. — Ты же уволилась.
— В том-то все и дело, — в Танином голосе послышались нотки сожаления. — Выходит, что я поспешила это сделать, надо было тянуть время. Мне сегодня Москаленко, это зам Ферапонтова, звонил и рассказал обо всех изменениях. Он у меня поинтересовался, не хочу ли я вернуться обратно. Я теперь даже не знаю, что мне делать.
— Подобные решения принимают самостоятельно.