— Вчера утром Сергей приехал на объект, который охранял Петров, вооруженный пистолетом. Он еще не знал, что Бочаров уже не босс. Сергей к чему-то придрался и приказал Петрову сдать оружие, тот и отдал ему пистолет, вместо того чтобы дождаться сменщика, вернуться на базу и, как положено, сдать пистолет в оружейку.
— Ну и бардак там у вас!
— Это Бочаров всех распустил, при Ферапонтове такого не было. Москаленко пообещал, что все наладит, так что я остаюсь в «Грифе». В «Сириус» я уже позвонила и сказала, что передумала устраиваться к ним на работу.
Я поблагодарила Таню за помощь и отключила связь.
Эпилог
Прошло несколько дней. Все это время я думала о том, как бы отдать деньги Светлане Михайловне Дроновой. Идея пришла мне в голову, когда я смотрела телевизор. В одной передаче говорилось о международной фотовыставке, открывшейся в Вене. На следующий день я поехала на улицу Рахова. Найдя нужный дом и парадную, я позвонила в сорок восьмую квартиру.
— Вам кого? — спросил женский голос.
— Здравствуйте, я ищу Алену Дронову."
"Дверь открылась, и пожилая женщина, глядя куда-то сквозь меня, тихо сказала:
— Алены больше нет.
— Как «нет»? Она переехала?
— Моя дочь умерла, — сразу после этих слов Светлана Михайловна собралась закрыть дверь.
— Подождите, — попросила я. — Примите мои искренние соболезнования.
— Кто это «мы»? — Дронова заглянула за угол, решив, что там есть кто-то еще.
— «Мы» — это организационный состав фотоконкурса «Наша планета». Дело в том, что Алена присылала на конкурс свои фотоработы…
— Проходите, — Светлана Михайловна распахнула дверь пошире и пригласила меня в зал.
— Одна из работ вашей дочери, — продолжила я, сев в кресло, — заняла первое место. Я специально приехала из Москвы, чтобы разыскать Алену. Она не отвечала ни на наши телефонные звонки, ни на электронные письма.
— Да, моя дочка очень любила фотографировать, — Дронова сразу же поверила в мою легенду.
— Скажите, а что с ней случилось? — не могла не поинтересоваться я.
— Ее убили, — тихо, чуть слышно произнесла Светлана Михайловна, но эта фраза ударила меня, словно обухом по голове.
Я была уверена, что она считает, будто с Аленой произошла трагическая случайность.
— Кто? За что? — спросила я с искреннем сочувствием.