Этот вид Лехе стоило запатентовать и продавать «задорого».
Развитые грудные мышцы с пятачками сосков, бархатная кожа с россыпью родинок, кривой шрам на плече — вероятно, память о питерской молодости… За такую «натуру» скульпторы и художники отдали бы много. Женщины — еще больше."
"Природа не жадничала, создавая Крамера. Искушение во плоти. Пока я отходила от его первого отъезда, пока пришла в себя после второго, он, наверное, половину Лондона в кровать уложить успел.
Красивый гад, опытный. Слишком опытный для такой дуры, как я, которая лишь Вовку после ЗАГСа смогла к себе подпустить и спустя три года после развода еще одного «не того».
Попыталась зажить как все, называется. Попробовала, а потом неделю в ванне отмокала, смывая с себя воспоминания.
— Я все же поеду. Так правда будет лучше, — прерывая поток ненужных мыслей, схватила с кресла платье. — К тому же пауза нам необходима обоим. — Стараясь больше не смотреть на Леху, просунула руки в рукава.
— Не понял!
Расслабленное тело на кровати вмиг напряглось, и меня снова чуть не опрокинули на матрас.
— Ты же не думал, что мы будем заниматься этим каждый день?
— Нет. Я думал, что еще и каждую ночь. — Леха стал темнее тучи.
— Так часто нельзя. Нужно делать перерывы хотя бы на день.
Я закусила губу. Можно было, конечно, спросить о его нынешней сексуальной жизни, насколько в последние месяцы она была регулярной. Но после наших кувырканий все интимные вопросы стали лишними. Без ударных тренировок такой марафон не выдержал бы ни один мужчина.
Леха, вероятно, не просто иногда встречался с женщинами, он жил в них. Выходя лишь поесть, справить нужду и покурить.
Если верить доктору, то мне стоило радоваться такому раскладу. Не нужно было долго ждать свежей порции зрелой спермы, но радоваться почему-то не получалось. Мозг отказывался воспринимать бешеный темперамент Крамера как удачу. А вот поскорее убраться из его квартиры хотелось еще сильнее.
— И ты хочешь сказать, что ближайшие двадцать четыре часа мне даже за попу тебя подержать будет нельзя?
Леха резко перекатился на кровати.
— А еще тебе нельзя алкоголь, — я сглотнула. — И других женщин.
— Поль? — Серо-голубые глаза сжались в щелки. — Ну какие еще бабы? Ты опять за свое?
— Я, Леш, за генофонд переживаю, — попыталась улыбнуться. — Первым делом самолеты. А им время на дозаправку нужно. Хотя бы день.