— Акушерка посмотрела на бутылочку, прикрепленную к молокоотсосу. — Двадцать пять граммов? Замечательно! Как проснется богатырь, дашь ему свое, а не смесь, а после попробуешь и к груди приложить. Поняла?
— Да.
— Ну, вот и молодец. А сейчас отдыхай, спи подольше, набирайся сил, мамочка.
Они вышли, и в палате стала совсем тихо. Все-таки их болтовня отвлекала от грустных мыслей. Акушерка заставляла меня переключить внимание на сына, но сейчас… Николаша спит, а я, кажется, снова плачу.
Притронулась кончиками пальцев к мокрым щекам.
— Прекрасно! Если хочешь остаться без молока, продолжай в том же духе, — зло сказала я себе.
Истерика набирала обороты. Я всерьез думала надавать себе пощечин, но тут зазвонил телефон.
Боря! Это точно он. Наверняка звонит, чтобы извиниться, сказать, что погорячился. Я бросилась к мобильному, но на дисплее высветился совершенно другой контакт. Леонид Григорьевич? Интересно, что понадобилось боссу?
Глава 3
Лео
Машина остановилась, и я, покачнувшись, сонно встрепенулся.
— Леонид Григорьевич, приехали, — отчитался водитель.
— Спасибо, Петя, — зевнув, отозвался я, мечтая как можно быстрее добраться до кровати, прижать к себе Валю и… дальше по обстоятельствам. — На сегодня все. Я позвоню, как будешь нужен.
— Всегда на связи, — услужливо улыбнулся Шолов, отрабатывая повышенную зарплату за ненормированный рабочий день. — Хорошего дня!
Я выбрался из машины и, глядя на светлый двухэтажный дом, с удовольствием потянулся.
Утреннее солнышко щекотало кожу, но организм упрямо твердил, что время сна.
Открыв дверь ключом, подумал, что жена, наверное, уехала по магазинам. Бросив звякнувшие ключи на столик в холле, скинул осточертевшие лоферы и, развязывая на ходу галстук, вошел в зал.
Оглядел новую мебель с темно-фиолетовой обивкой и на миг скривился. Ненавижу этот цвет.
Но сегодня у меня выходной! Я стянул пиджак и, бросив его на диван, направился к светлой лестнице, до которой пока не добралась ни фантазия моей супруги, ни загребущие лапки ее любимого дизайнера.