На нас мэтр не обращал ни малейшего внимания: глядел куда-то в пространство поверх студенческих голов, вещая ровным, скорбным тоном. И предмет его был таким же тоскливо-заунывным, как он сам.
Нам предстояло выучить не только названия всех кланов и имена руководителей, но и их родословную. От сотворения мира. Это заранее приводило в ужас — меня, так уж точно.
Эльфам, может, и важно знать, что «Алеанани породил Майурра, Майурр породил Фриана, Фриан породил Аувриата и братьев его»… ну, и так далее, в том же духе пару толстенных томов.
Смешно… Если не учитывать, что придется по всей этой ерунде экзамен сдавать.
В общем, к концу лекции я, слегка дезориентированная богатыми эльфийскими родословными и загипнотизированная потусторонним голосом магистра, впала в самую настоящую прострацию. Вяло отмахнулась от Ноара, пропустила мимо ушей ехидный комментарий Йонетта, пояснила, что иду к Элистару, поэтому поболтать не получится, и, дождавшись обещанного провожатого, побрела в кабинет начальства.
Но стоило старшему эйру заговорить, и всю мою заторможенность как рукой сняло."
"Оказалось, что мы с Торэтом теперь не просто куратор и опекаемый первокурсник, а напарники, связанные магическими печатями. Способны, между прочим, подпитывать друг друга и даже позвать в критической ситуации. Именно это я и сделала прошлой ночью — неосознанно, а Берриан «услышал» и пришел на помощь.
Сейчас, правда, только я у партнера энергию тяну, ему у меня и брать-то на данный момент нечего. Я же его, при желании, сильно ослабить могу и потому просто обязана поскорее усовершенствовать свои умения, набраться сил и опыта, чтобы не подвергать опасности наследника одного из великих Домов. Если, конечно, не хочу проблем и неприятностей на свою… гм… голову от этого самого Дома. Потому что отменить действие связующих печатей, увы, нельзя. Пока, по крайней мере.
Выложив все это, Элистар сделал паузу — выразительную такую, — видимо, чтобы до меня быстрее дошла вся серьезность ситуации.
Я осознала. Прониклась. Покосилась на Берриана. Тот стоял, выпрямившись, расправив плечи, с совершенно непроницаемым выражением лица, словно его все происходящее абсолютно не касалось, но я каким-то десятым чувством ощущала, как в высокородном буквально кипит ярость.
Теперь понятно, отчего он сегодня при встрече так злился.