— Ты говоришь о моих последних приобретениях в эти выходные? — Деметриус вальяжно откинулся на спинку стула и положил ноги на стол, отчего кровь в жилах Мэдисон вскипела.
— Вы провернули сделку намеренно, так? Загнали меня в ловушку, как крысу.
— Не совсем та метафора, которую я бы выбрал, но полагаю, тоже подойдет.
— Мне нужно, чтобы вы дали мне обещание, мистер Пакис, которое, я надеюсь, не забудете впоследствии.
— Ты меня интригуешь. — Уголок его рта приподнялся в сардонической усмешке.
Ее глаза вспыхнули от ярости.
— Я выйду за вас замуж. Только вы об этом пожалеете, потому что я сделаю вашу жизнь невыносимой.
Он быстро поднялся из-за стола, выпрямился во весь свой почти двухметровый рост и подошел к ней. Девушка не шелохнулась, хотя внутри тряслась, как осиновый лист.
— Такая маленькая и такая отважная. — Он вытянул вперед рук и лениво провел пальцем по нежной пылающей щеке.
Мэдисон дернула головой в сторону и гневно уставилась на него.
— Насмехайтесь, сколько угодно, но, в конце концов, смеяться буду я, — пообещала она.
— Ух, ты! В гневе мы ужасны!
— Я не в гневе!
— Да ладно, Мэдисон. — Он взял ее за плечи и осторожно, но твердо сжал их. — Почему ты не примешь это с радостью? Ты же станешь предметом зависти многих одиноких женщин. Богатый муж, любая одежда, безделушки, все, что захочешь, в обмен на полгода твоей жизни. О чем еще можно просить у Бога?
— Я бы попросила у Бога хорошего и порядочного мужа, — холодно бросила она.
— Вряд ли смеяться будут за спиной, скорее в лицо, — заметил он. — Я уже информировал тебя о сроках нашего договора. Конечно, они несколько ограниченны, но я не могу допустить, чтобы начали судачить о походах моей жены на сторону.
— Слава богу, я недолго буду вашей женой.
— Нет, но, пока ты в этом статусе, будешь делать то, что велят.
Девушка заскрежетала зубами, сдерживая рвущиеся с языка слова возмущения.
— Лучше побыть недолго женой для прикрытия, чем видеть брата в тюрьме, не правда ли? — добавил он, когда она не ответила.
Мэдисон не знала, что можно ненавидеть человека так сильно, как она сейчас ненавидела Пакиса.