Ребята — эвакуационная группа — ани такие малад-цы! Просто нету слов. Ми все там, кагда приехали, эвакуацией и медицинай занимались. Памагали, стреляли — все делали. Я еще раз гаварю — с нас делали многофунксиональный проффессионал. Вот.
«Талса», видимо, ни с кем до этого момента не делился тем, что у него накопилось. Начав рассказывать мне все, что он пережил в эти дни, он уже не мог остановиться и продолжал, глядя то на меня, то в пустоту перед собой.
— Ми паехали, то есть ми пашли за «трехсотыми». Нам надо было перебигать дарогу, штоб попасть туда, где был позиция.
Пока там не был налажена группа эвакуации, ми все там савместна и участвавали. Пока у меня там нету ниче, я иду за «трехсотым». У таво нету там — он идет. Нада, каро-чи, атнести баеприпасы — пока я ниче не делаю, я атнесу. Вот таким образом эта все и началось. Но, как гаваритца: «Ми сильные — с нами Бог», — поддерживал «Талса» себя девизами. — Так оно и есть. Так как у меня еще медицинский образование… Я закончил колледж медицинский — специальнасть медбрат.
И то у меня в жизни такова, то што праизашло в этот ночь, никагда не было. Там паток «трехсотых» ни заканчивайся. Был у нас очень хороший снайперист… Царство ему небесное! Пазывной «Надаль». Вот на третий ден боя ему не павезло. Некаторые бранижилеты выдерживают все, а некаторые не очень-то. Вот да такой степени у него было ранение там. Пневматорэкс — сам понимаешь, што эта такое.
У него легкий было задета. Там такими бальшими дырками. Сматрю на него и гаварю: «Брат, што ты хочишь?».
«Больно, — говорит, — делай что-нибудь! Я не могу дышать!». Я это все панимаю, я его на такой позы паставил, сидячий каторый, штобы наклонился и ему была легче хатя бы дышать. Я понимаю, там кровотечение и еще плюс с материалом там беда была. Материал, который мы должны аказать первый помош, вот у нас нехватка была. Потихонечь-потихонечь ми все налаживали и стали действовать намного па-другому.
«Талса» переключался с одной темы, на другую, чтобы вернуться, через некоторое время к первой теме рассказа.
— Кагда нету нужного медицинского материала, ти не знаишь, как кроватечение астанавливать там у ребят. Брали сахар пряма на рану, штобы свертываимость крови там абразавалась. Штобы там все астанавить кровоточен таким образом. В эту ночь пачти трехдневный запас медицинский материалов ми патратили. Так там у нас вообще ничего такого не было. Но то, што было, там под руки, у ребят, которое я с собой взял, — и все это патратили. Уже и не осталось ничего.
