Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

— По твоим понятиям, я урка, раз сидел. А это не так. Урки — это совсем другого склада люди. То есть в каком плане? Люди принципов. Рецидивисты. Понимаешь?

В его взгляде я видел учительское снисхождение к малограмотному в вопросах тюремной иерархии человеку, который объяснял гражданскому человеку базовые правила и понятия."

"— Это такие люди, которые живут по определенным правилам. Они противопоставляют себя системе, которая существует в обществе — особенно власти в тюрьме и зоне. А кто из нас такой? Из моей зоны сюда записались в основном завхозы и мужики.

Мы же все тут «первоходы». Да и преступления у нас тяжелые. Воров нет ни одного. А вот те, кто из других зон, кто сидел неоднократно, те, может, и урки. Хотя поди их пойми. Насмотрелся я уже на них. Урка будет до последнего ветошью прикидываться, чтобы не отсвечивать. Но если вопрется, то вопрется до конца.

— Вот! — зацепился я за слова «Баса». — Я тебя, пока мы сюда не попали, не видел. Как ты так ветошью прикидывался?

— Конечно не видел. Потому что я ж не идиот там чешуей блестеть, так скажем.

Я неплохо стреляю. А на полигоне я стрелял, куда хотел стрелять. Не то чтобы попадать, а именно чтоб попадать, куда нужно. То есть я где-то там гранаты бросал — ну не туда, куда надо было, а туда, куда хотел. То есть я понимал четко: если я покажу сейчас все, что умею и знаю, меня вопрут так, что я оттуда просто не вернусь. Но у меня другая задача — вернуться домой. Но это не значит, что я где-то буду прятаться или где-то скрываться. Нет. Я буду честно делать свою работу. Но с умом. И ребята мои такие.

Он посмотрел на своих бойцов, по виду которых было ясно, что они уважают и полностью доверяют своему командиру.

— Ошибку свою осознаю. Вопрос закрыт. В вашей иерархии я ничего не понимаю, и вижу, что есть тут у вас какое-то противостояние, но в чем оно не понимаю.

— Обращайся, если что. Мы свою работу делать будем, как нужно, — закончил разговор «Бас».

Уж в ком, в ком, а в нем я не сомневался, и в его подразделении тоже.

Краем глаза я видел, что десантники не понимали, что происходит.

Они молча смотрели то на меня, то на группу эвакуации и ждали, наверное, что я сейчас буду показывать свою власть и командовать. Для них такие отношения внутри подразделения вызывали тревогу, смешанную с недоумением.

— Расскажи лучше, что нового на передке?

— Да вот нашли немного трофеев.

Они положили три автомата, жетоны и документы украинских военных.

— Вот еще медицины немного.

В подвал спустился «Айболит».