Какие будут указания?
— Закрепляйтесь там и, главное, чтобы дорога была перекрыта. Остальное делай с головой."
"Мы приняли решение не сидеть на занятых позициях, на сто процентов зная, что украинцы начнут их утюжить из ми нометов. Мы окопались чуть в стороне, по-быстрому заминировав дорогу и подступы к захваченной позиции. Наша группа вклинилась в их линию обороны и разорвала ее. Оставалось пройти по их блиндажам дальше на север и выйти на угол леса где они были к нам ближе всего. «КСП» оставалось на юго-западе и тоже представляло угрозу.
Вечером я пришел в подвал «Дяди Васи», чтобы прокапать ся магнезией. На тот момент самочувствие мое значительно поправилось. Новых контузий я не ловил, а старая, видимо, нивелировалась медикаментами. Когда я закончил, в подвал подтянулся злой «Бас» и стал мне рассказывать про «нехороших людей-редисок» из зайцевской группы эвакуации.
— Ты чего злой такой?
— Я, конечно, ругаться не люблю…
Было видно, что «Бас» пытается подавить ненависть из последних сил и не может справиться с накатившей злостью.
— «Харон» этот со своими… Нечисть! Говно перепуганное! Чуть не убил их тут сегодня.
— Да что случилось-то?
Я впервые видел «Баса» таким злым.
— Приехали на своей четверке. Выхожу их встречать. Они, значит, втроем приперлись.
«Бас» выразительно смотрит на меня, в надежде что я красочно представлю эту картину в своей голове.
— И?
— Как ломанулись они! Меня с ног повалили. Думал, затопчут. Забежали в ангар и опять своими фонарями давай светить вокруг. Дебилы. Крыши-то нет. Ее давно уже снесли. Ну и туда опять две «восьмидесятки» прилетает. Те обосрались и опять по мне давай бегать как, сука, тараканы.
— Ну они же Зайцево «передком» считают. Что ты так волнуешься?
— Все утихло. Говорю этому главному их, «Харону»: «Машину ближе подгони. Мы пока раненого дотащим, мина прилетит и еще четыре ляжет». А эта нечисть мне говорит: «Не поеду! Тащите на руках!». А это двести метров по «открытке». Залупоед конченный! Мог бы — завалил бы его…
— Это же сто пятая статья! — попытался пошутить я. — Вынесли?
— Вынесли, конечно.