Ребенок-сирота, которого усыновляло воинское подразделение во время войны. Обычно, эти подростки находились при штабе и выполняли мелкие поручения. Они ставились на довольствие и получали паек и обмундирование, которое перешивалось по их размеру. Я даже заставил перевернуть этого мертвого украинского солдата, чтобы посмотреть, сколько ему лет. Документы у него забрали сразу после штурма и установить личность уже не представлялось возможным.
— Судя по лицу ему лет сорок.
— Наверное. Сейчас уже и не поймешь. И зачем они такого маленького человека на передок загнали? — удивлялся «Досвидос», с которым я передвигался по позициям.
— Я думаю, когда мы перебьем всех более-менее дееспособных солдат, они будут брать и женщин, и стариков, и детей, как это делал Гитлер в конце войны. Война — это такой бог, который требует все больше кровавых жертвоприношений.
— Да нет… На такое не пойдет Украина, чтобы забирать стариков и подростков с женщинами. Это уже совсем по-скотски.
Я попросил ребят вынести его одним из первых, чтобы не натыкаться на него всякий раз, когда ходил по рву в сторону позиции Жени.
Два солдата"
"Лежит Иван. А рядом с ним Мыкола.Два славянина. Мужика-солдата.Увидишь в бане их, к примеру, совсем голых, Тотчас подумаешь: «Так это же два брата!».Лежат спокойно. Кровь их тихо стынет.Морозна ночь, и им бы спать в кровати.Иван из Брянска.