Она была нашей ахиллесовой пятой, и ее нужно было держать любой ценой. Командовал этой позицией «Эрнст». Володя целый день был на передке, и я увидел его только под вечер, когда уже притащили раненного в ногу «Эрнста», которого он с ребятами и командой эвакуации выносил под обстрелом.
— Нормально все? — спросил я Володю.
— Мина. Но жить будет, — сказал он и кивнул на «Эрнста». — Мы его перетянули.
— А ты-то как сам?
— Я цел. Снайпер, сука, сначала прижал нас там с пулеметчиком, — говорил «Горбунок» улыбаясь. — Полтора часа пролежал, вжавшись в пол, а он стреляет и стреляет.
Он засмеялся.
— Ну, я пока полежал там, музыку послушал, покурил.
А чуть он затих, к пацанам отполз.
— Повезло, короче.
— Так только в гараж зашли, смотрю «птица» летает. Думали дымами скрыть передвижение. Один зажигаем — не горит. Второй, не горит. Третий — та же история. Ну, думаю, сейчас начнется.
— Бля.
— Я ему все ножом разрезал, перетянул. Мы его до воронки дотянули — там большая такая была. И только мы туда нырнули — миномет рядом! Короче, еле дотянули его до блиндажа, а там я уже «Баса» вызвал. И, чтобы не кучковаться, мы дальше перебежками. И опять миномет. И так кучно клал, тварь! Слышу, мина свистит… Падаю, и все в голове завертелось.
«Горбунок» улыбнулся.
— Смотрел на спину?
— Угу. Там осколки миллиметровые. Просто, видимо, обожгло, — махнул он рукой. — Короче, бегу дальше. Уже так устал — и РПГ это и автомат — и смотрю, «Выдра» лежит, листом железа накрылся, типа «чур меня, я в домике!».
«Горбунок» заржал в голос.
— В общем, попали мы сегодня в передрягу. Шел еще и думал: «А не “Констебль” ли все это накаркал своими разговорами?
Володя вновь засмеялся.
— Вот ты тип! — сказал я и выдохнул. — Ну, главное, что живой и «Эрнста» вынесли. Он хороший парень.
Нервы войны
«Пегаса» с утра вызвали в штаб и торжественно вручили первый дрон с теплаком.