Но это удержит тебя от поцелуев и при этом не даст мне умереть от потери сил.
- А я уже,- губы с трудом растягивались в улыбке. – Видишь ли, мое Чудушко пытается поделиться со мной силой. А это для него опасно. Значит, нужно найти иной путь. Ты присаживайся, присаживайся. Это твой дом, твои правила. Вот и я в морозной клетке, как моя фея.
Он осторожно опустился на постель. Я не могла понять, что за тени скользят на дне его зрачков. Но этот взгляд мне нравился. Мне хочется думать, что сейчас он видит перед собой равную.
- Ты ведь слышала, что я не лгал тебе,- он откинулся на подушки. Так, будто мы были добрыми друзьями и это обычные посиделки.
- Да,- я кивнула,- слышала. Ты говорил правду.
- И?
- Нет гарантий, Рейнард, что твоя правда не изменится,- я развела руками и сама ужаснулась мертвенно-голубому цвету своей кожи. – Понимаешь, правда такая интересная вещь – ее можно повернуть как угодно. Сейчас тебе просто нужно право меня защищать.
Рейнард подобрался. Чуть прищурился и с его привлекательного лица на меня посмотрели глаза демона:
- А что ты хочешь решать? Ты готова нести ответственность? Что ты можешь? Чем обладаешь?
- Я имею себя,- спокойно ответила я. – И только.
- И меня,- добавила Рия-ли. – И поддержку древа. Это гораздо больше, чем было у первопоселенцев.
Я присела на край постели:
- Мне не жаль для тебя поцелуя, Рейнард. Мне не жаль для тебя черной метки, правда. Но зачем? Пойми, я не ощущаю притяжения истинной пары. Да, ты красивый мужчина и я это вижу. Но не чувствую ничего особенного. Так, посмотреть приятно, но не больше.
- Я достаточно сдержан, чтобы не сходить с ума,- хрипловато ответил Рейнард и я увидела острые клыки, прячущиеся за чувственными губами. – Но сейчас было обидно и больно.
- Правда всегда неприятна,- мне стало немного неловко, но это я отбросила в сторону. – Давай не будем доводить до метки?
- И что ты предлагаешь? Тебя требуют ко двору, Император не сможет долго отказывать.
- Он Император или придаток к Конституции? – нахмурилась я.
- Это слово звучит крайне непристойно,- усмехнулся Рейнард. – Даже Милор не может нарушать законы Интарии. А закон прост – если есть глава рода, то он должен присутствовать на Совете.