– И здесь, – провожу по ногам.
– На хера? – Ваня жадно ведет глазами за движениями моих рук. – У тебя все отлично.
– Хочу победить, – чуть улыбаюсь. – Конкуренция там высокая.
Вспыхиваю, когда его руки касаются груди. Очерчивают через ткань острые соски.
– Уверен, ты всех их сделаешь, Королева. Могу одолжить тебе майку.
– Ваня, – откидываю голову назад и смеюсь.
Ногами сжимаю его твердые бедра. Осознанно. В промежности становится некомфортно. Так, будто бы вот-вот должно что-то произойти. Как в аквапарке перед спуском с самой большой горки.
Дыхание задерживаешь и… в пропасть…
– Я, конечно, не врач. Но могу посмотреть, – соблазнительно улыбается Соболев, подхватывая край майки и целуя моё плечо.
– Ваня, – пугаюсь и возвращаю ткань обратно.
Он поднимает глаза на меня. Они будто поволокой затянуты. Скорее всего, как и мои.
Мы просто сходим с ума.
Это началось с того момента, когда я встретила его на дорожке. Сколько с тех пор прошло времени? Какой сегодня день? Где мы, черт возьми? Я ничего не соображаю.
Только безудержное желание его сильных рук и умелых губ на теле. И этот зуд внизу живота. Такой новый и такой будоражащий.
– Хочу на тебя посмотреть, королева. Пздц как хочу. Можно? – шепчет Ваня, зацеловывая ключицу, а затем шею.
Снова становится всё равно на всех. Его искреннее мужское восхищение моим телом привораживает меня, как наивную девчонку.
– Я… не знаю, – уже не так активно возражаю.
Растерянно смотрю по сторонам.
Шторки выглядят так ненадежно… Опасно.
Ваня, почувствовав малейшую капитуляцию, тянет лямки вниз по плечам и скидывает майку.
– Пздц, – приближает лицо к часто вздымающейся округлой груди. – Идеальная Тая…
Мне приходится стремительно ухватиться за его голову, пальцы ныряют в короткий ежик из волос, сердце бахает как ненормальное.
Такое… бывает вообще?
– Ваня… Ва-неч-ка, – шепчу сквозь нарастающий гул в ушах. Бедрами хаотично вжимаюсь в железный пах."
"Ваня сдвигает тонкую майку на талию и перемещает руки мне на ягодицы, ещё сильнее вдавливает меня в себя.
«Мертвая петля» становится ещё ближе.
Прикрываю глаза, чувствуя, как внизу живота создается воронка из ощущений и порхающих бабочек.
Снаружи слышится шорох, который не сразу до нас доходит, но следующие слова впиваются в спину, словно острый нож:
– А мы вам не мешаем?
Нас с Ваней инстинктивно отбрасывает друг от друга.
Пульс становится учащеннее, колени слабеют. Страх, словно ушат ледяной воды, окатывает.