Оказавшись в коридоре, она скинула вещи и побрела в ванную, закрывшись там. Мужчина приготовил чай и через пять минут уже стоял под дверью, ожидая девушку. Посчитав, что она уже приличное время там, постучал, настоятельно попросив:
– Рита, открой.
– Я… я позже выйду.
– Дверь выломаю, – спокойно предупредил он, считая, что им нужно побеседовать.
Послышался вздох, а потом шум льющейся воды из крана. Спустя время девушка открыла дверь и прошла мимо мужчины. Оказавшись в зале, где посреди комнаты стоял огромный черный кожаный диван, она села и отвернулась в сторону, но, заметив, что Охотник приближается к ней, выдохнула:
– Не приближайся.
Мужчина остановился и грубо прогрохотал:
– Они тебя обидели? Посмели…
Рита только всхлипнула, чувствуя, как ее подергивает только от вида Охотника. С теми парнями она испытывала раздражение и неприятный зуд в интимном месте, тяжесть, но сейчас как будто прорвало. Она тяжело вздохнула и прошептала:
– Они мне подсыпали… возбудитель.
Мужчина напрягся и, посмотрев на Соркину тяжелым взглядом, прохрипел:
– Мало они получили…
Потом отвернулся и пошел на кухню, а девушка осталась одна, слыша через время его разговор по телефону. Она не прислушивалась, а потом Волков вернулся, держа в руках стакан воды. Встав напротив нее, он попросил:
– Выпей. Там успокоительное.
Рита посмотрела на него и подумала, что Сергей явно не договаривает, но в любом случае выпила все, считая, что это лучше, чем так мучиться.
– Ты был здесь все это время?
– Сегодня приехал в Новосибирск.
– М-м-м… – произнесла она, и обратила внимание на огромный телевизор на стене, где под ним стояли красивые низкие тумбы черного цвета в виде шкафа. Мужчина поднялся, а потом пересел к ней и протянул коробочку в виде сундучка со словами:
– Это тебе.
Девушка посмотрела на его руку и выдавила:
– Не нужно. И мой день рождения прошел.
Мужчина посмотрел на запястье, на котором красовались модные дорогие часы, и проговорил:
– У меня еще есть пять минут.
Девушка глянула в сторону, а потом повернулась и сказала:
– Это мне… или…
– Тебе. Кстати, я заявился к Шторму домой, а ты уже удрала, – с горькой усмешкой выдал он.