«Иван сменил охрану?! Что произошло?»
– А где тот охранник, что спас твою жизнь?
– Медведев Олег? Он… больше не работает на меня, – почти гневно процедил Котлов, а потом добавил: – В общем, пойдем завтракать, а потом поедем в университет. У тебя сегодня важный день, а после… я хочу сделать тебе приятное. Мою принцессу ждет сюрприз.
Появилось такое ощущение, что мне этот сюрприз совсем не понравится. Никак. Сглотнула, понимая, что нужно вести себя спокойно, а потом сбежать. Медленно кивнула и проговорила:
– Пожалуй, действительно, легкий завтрак не помешает.
– Моя принцесса всегда правильно поступает, – мужчина сказал таким тоном, что появилось ощущение: все совсем наоборот.
Иван повернулся в сторону и, вытянув руку, показал вперед, давая понять, что нужно идти в столовую.
Сегодня парень не был похож на себя. Совсем. Он как будто сдерживался, хотя глаза пронизывали обидой и злобой, а аура излучала неиссякаемую ярость. Первый раз видела его таким.
Что удивительно, Котлов не намекнул на нежность, это было совсем на него не похоже, но радовало меня.
Пошла в столовую, по пути посматривая по сторонам. Сегодня в доме было, как никогда, много охраны, что наводило на мысль – все очень плохо.
Через пять минут я сидела на своем месте, пытаясь хоть что-то запихнуть в себя, но не получалось. Совсем. У меня желудок сводило от страха и непонятного ожидания неизбежного и плохого.
Когда в столовую вошел отец Ивана, я замерла, считая, что сейчас многое прояснится.
– Доброе утро. Маргарита. Ты сегодня очень красива."
"Еле слышно ответила на приветствие, чувствуя пронизывающий взгляд, забывая поблагодарить, считая его слова формальностью. Сейчас я походила на бледную моль, и комплементы были неуместны. Посмотрела на него и застыла, замечая, с каким ожесточенным взглядом мужчина за мной наблюдает.
– Желаю удачи! Надеюсь, ты оценишь наш подарок.
– Подарок? – уточнила, даже не представляя, что Котловы могут знать о том, что мне может понравиться.
– Да. Потом увидишь, – Николай Федорович бросил мне слова, как будто это, само собой, уже решенное, а потом повернулся к сыну и проговорил: – Ваня, хорошего дня.