Так, чего ерзаешь? Вши завелись никак?
– Мне бы в уборную и помыться.
– Куда-куда? – перепросил.
– По нужде.
– А-а-а, так иди в дальний гулум. Отхожее место там. Что до мытья, скажу нашим, отведут тебя к речке, – и усмехнулся, – только кагима8 своими светить не советую.
– Чем?
– Местами заветными, кои прячешь под шкурой. Оркам без самок тяжко, терпят бедолаги одиночество уже который месяц. Только чего они в вас находят, в толк не возьму. Тощие, мелкие, уродливые. Наши самки куда краше. Иди-иди… а то скоро вожак придет.
Тайли обвязала вокруг груди порванное платье, после чего отправилась в уборную, а когда вернулась, обнаружила в шатре Ибара. Тот как увидел ее в столь откровенном наряде, так на месте застыл. Узел Тайли повязала на боку, отчего полы ткани разошлись и явили взору воину нагое бедро, даже грудь чуть-чуть виднелась.
– Он тебя отведет к реке, – проскрипел Тунгур.
Однако им помешали. В шатер вошел глава клана. И сейчас же Тайли перестала дышать, глаза ее в разы увеличились. Не может этого быть!
– Фаргар? – прошептала чуть слышно.
– Покиньте шатер, – вожак кивнул оркам на выход.
И когда они ушли, Фаргар сел на пень, а девушке указал на койку.
– Тайли, дочь правителя Аранхарма, – произнес тихо, спокойно, хотя желваки на скулах ходуном ходили. – Садись.
А девушка точно зачарованная подошла к койке, медленно опустилась на край, ткань сейчас же съехала в сторону, оголив полностью бедро и ногу.
– Это ты… – Тайли смотрела на него во все глаза, губы ее тронула боязливая улыбка.
– Нет, не забыл.
– А я верила, всегда верила, что когда-нибудь мы еще встретимся. Храбрый орк из Карстового леса, друг, – вот и слезы покатились по щекам.
– Да, орк из Карстового леса, но не друг, – Фаргар смотрел в ее синие глаза, которые с возрастом стали еще темнее. – Ты дочь нечестивого труса, его плоть и кровь.
– Фаргар, – хотела взять его за руку, но тот покачал головой.
– Не смей касаться меня, бушта9. Твоя семья лишила меня всего, за что вы все скоро понесете ответ.
– Но…
– Все. Разговор окончен. Ты здесь заложница, скажи спасибо, что еще осталась жива.
– И что ты хочешь со мной сделать? – вмиг глаза наполнились печалью. Выходит, дружба их осталась в далеком детстве. Ныне Фаргар ненавидит и презирает ее.
– Пока не решил.
– Прости меня, Фаргар. Я не знаю, что тогда случилось в Карстовом лесу, но все равно прости.
А вожак поднялся и поспешил на улицу.