Зато теперь Тайли поняла, для чего эти столбы нужны – вовсе не для казни или пыток. У каждого столба сейчас стояло по девушке, а на расстоянии в три-четыре метра от них бродили мужчины, кто-то с луком, кто-то с топором. Вдали же на скамье восседали старейшины, шаман и вожак с наставником. Фаргар увидел Тайли, но даже с места не сдвинулся, разве что обдал ее таким взглядом, от коего душа свернулась в клубок, тотчас захотелось плакать, но пленница поборола порыв. Нет, на этот раз он не увидит ее слез…
Невест набралось много, аж двенадцать юных дев, желающих обручиться со своими избранниками, а те явно волновались.
– Иди сюда, – Габен подвел трясущуюся пленницу к свободному столбу. – Стой тут и жди.
– Чего ждать?
– Стелы или топора у себя над головой, – захихикал тот. – Не бойся, катаганы меткие.
От костра, что трещал за спиной, стало даже жарко. Тайли огляделась, все орчанки смущенно улыбались, посматривали на парней, потом пленница обратила взор на мужчин.
И вот, со скамьи поднялся Шигатан, вышел вперед:
– Да благоволит девам Мирида, да благоволит воинам Рув! Пусть сегодняшняя ночь подарит нам множество пар, готовых вступить в союз!
Народ сейчас же стих, а ритуальная музыка зазвучала громче.
– Свершится выбор! – пробасил Шигатан.
И засвистели стрелы, полетели топоры, а орчанки замерли в предвкушении. В некоторые столбы вонзилось по одной стреле или топору, в другие аж по три, а два остались пустовать. Тайли настолько была напугана, что не сразу обратила внимание на стрелу, коя вонзилась в метре над ее головой.
Тотчас стихла музыка, а все орки разом посмотрели в сторону скамьи, где заседали первые лица клана.
– Ты что наделал? – Унараг уставился на Фаргара.