Знаю я этого великого волшебника, кто пообещал девочке собаку, с ним надо вечером разобраться."
"– О, как круто, крокодил мне кажется перебор,– Саша подыгрывает, помогает дочери забраться в машину, выезжаем за высокий забор.
Вообще, я уже привыкла к большому количеству охраны и всегда сопровождающих меня с дочкой людей, Тихон стал настоящим параноиком по поводу безопасности, но сам спокойно разъезжает по городу.
Марьяна о чем-то оживленно разговаривает с Сашей, уже и забыла, почему плакала, смотрю в окно, высокие ели, белый, искрящийся на солнце снег, словно моя жизнь была такой всегда.
Первое время после убийства Никифорова Гектором ждала, что случится что-то ужасное. Тихона арестуют, посадят, я не вынесу всего этого, а еще беременность, которая чем дальше, тем давалась труднее.
По центральным каналам показали несколько сюжетов о том, что было найдено несколько сгоревших тел в загородном доме. Одно из них предположительно недавно назначенного на должность начальника областной полиции Никифорова Константина Андреевича, ведется следствие – и больше ничего.
Наша дочь родилась раньше срока на месяц, самый нехороший срок, а до этого полгода на сохранении с угрозами выкидыша. Страшно было, с потерей ребенка боялась потерять все: Тихона, саму себя, веру в то, что я могу быть полноценной и жить как все.
Я вообще как-то резко стала другой: осмысленной, осознанной, молодой женщиной, которая ценит и любит.
Но все обошлось, мы вместе, Марьяна Покровская имеет свой личный фан-клуб, возглавляемый ее отцом и состоящий из воспитательниц в частном садике и нашей охраны.
– Доброе утро, любимая, – улыбаюсь, в груди разливается тепло – так всегда, когда слышу голос Тихона.
– Это самый лучший мужчина на свете?
– Ты так считаешь?
– Уверена.
– Значит, это именно он.
– Как все прошло?
– Хорошо, везу подарки.
– Я надеюсь, это не то, о чем твоя дочь говорит все утро? Иначе самый лучший мужчина на свете схлопочет по бородатому лицу.
– Жду этот момент, ты чертовски сексуальная в гневе. Как учеба?
Не видела своего мужа три дня, соскучилась страшно, кусаю губы, хочу его обнять, да и все остальное, на что он намекает, хочу безумно. Он, как всегда, переводит тему, чтоб не врать мне, а потом не ругаться.