Нас обоих трясёт в какой-то дикой агонии.
— Обмани меня, любимая! Соври мне! — оглушаю себя собственным гневом.
— Не хочу! — срывается на крик, обжигает мой рот своим дыханием.
— Врать не хочешь? Чего ты не хочешь? Тонуть в искушающих ощущениях? Впитать в себя крышесносные эмоции? Забрать себе мою душу не хочешь? Чего не хочешь, Ася?!
Зарываюсь носом в ароматную шею, чувствую бешеный пульс. Свой и её. В порыве прикусываю жилку, следом покрываю поцелуями изгиб. Ася задерживает дыхание. Шумно сглатывает. Вкус её кожи запредельный.
— Так не хочу... Диммааа... — охрипший от возбуждения голос одурманивает дополнительной дозой личного наркотика.
— Не верю, малыш. Ты вся дрожишь в моих руках, — язык очерчивает рельеф ушной раковины, зубы прижимают мочку ушка, вырывая из её груди дополнительный низкий стон. — Признайся себе, чего ты хочешь. Мне не говори. Я и так знаю, вижу, чувствую каждой клеткой своего тела.
Отпускаю хватку. Под вскрик Аси резко заваливаю её на стол, прижимая собой пылающее тело.
— Дим, прекрати... — хнычет, по щекам текут слёзы.
— Хочу тебя, — с рычанием припадаю к губам, утопая в безумной страсти, подавляю глухое «нет» поцелуем.
Нащупываю пуговицу на её джинсах. Судорожно справляюсь с ней и с замком. Рука ныряет внутрь, накрывая ладонью влажные трусики. Сжимает промежность. Протяжный стон Аси растворяется во мне диким кайфом.
"— Лгунья... — перевожу дыхание, отстраняясь на мгновение и остервенело срывая с неё штаны вместе с бельём. Ася поддаётся, включается в процесс. Пару секунд и я прижимаюсь к ней раскалённым пахом. Ощущаю головкой пульсацию крови в её влажных складочках. Блять, как же хорошо! Вот так вот касаться её мокрой плоти, скользить по ней дразнясь, чувствовать ток в местах соприкосновения, погружаться по венчик, наслаждаясь её теснотой.