Сколько бы я ни терла, такое ощущение, что просто размазываю сладость по полу, делая его еще более липким.
Я встаю, меняю воду на чистую, полощу тряпку и снова принимаюсь мыть пол.
Пусть…
Пусть хотя бы кухонный пол будет чистым.
Я хочу навести порядок хотя бы в квартире, если не в мыслях.
Там творится такой кавардак, который и за сто лет не разгребешь.
Как я могла так ошибиться в Барсеге?
Любит он меня — ага, как же. Разве любящий человек побежит в ночь после разорванной помолвки снимать видео, на котором какая-то блондинка будет причмокивать губами, пока он расстегивает брюки? Да ни за что! Мне было так невероятно противно пережить это с другим мужчиной, а Барсег сам это сделал.
Еще и похвастать пришел, показать.
Что это, как не желание морально меня выпотрошить? Еще больше унизить, сделать еще больнее… Как будто вчерашнего недостаточно! Как будто он вчера не оторвался на мне по полной.
А ведь он даже не усомнился, в том, что брат в этой истории якобы ни при чем.
И как же цинично повел себя в этой истории Ваган!
Теперь я понимаю, Ваган все просчитал заранее, все подгадал.
Однако, я практически уверена, что, если бы Вагану не повезло увидеть в клубе мою сестру, он придумал бы что-то еще. Мне теперь очевидно, что его целью было разрушить наши отношения с Барсегом.
Единственное, чего не понимаю, — зачем?
Неужели некому было сделать ему минет?
Но как же четко он все продумал…
Навешал мне лапши на уши, что видео — его страховка и если я сделаю все, как он хочет, то эту запись никто не увидит.
Увидь Барсег эту запись где-то в приватной обстановке, он, может, и усомнился бы.
Я очень наивна, если думала, что после случившегося у меня с Барсегом хоть что-то получится. Ведь не хотела же ехать, и не надо было…
Что ж, я дорого заплатила за свою наивность.
Понимаю, глупо.