Я сижу на кресле, забросив ноги на невысокий подоконник, и смотрю на городские огни с высоты верхнего этажа элитной высотки.
Покачиваю бокал, делая слишком редкие глотки. Вино кажется противно терпким.
От идеи с пенной ванной я отказалась — не хочется.
Лея мирно спит в уголке все того же подоконника. Когда смотрю на неё, на душе чуть-чуть теплеет но ненадолго.
Тяжело вздыхаю и делаю ненужный даже мне глоток.
Он сегодняшнего ужина Вадим отказался. Когда я заикнулась, что хотела бы отблагодарить, бросил обидно-безразличное: нет надобности, отдыхай.
Я прикусила язык, не стала настаивать, конечно же, но расстроилась. Для меня надобность была. В этом могу признаться только себе.
Слова Кирилла меня задели, как задевают всегда. Сложно отмахнуться от них даже зная, какая он мстительная и злобная тварь. Как бы ни хотела выбросить из головы, они проникают под кожу и заставляют сомневаться в себе.
Осторожно снимаю ноги с подоконника и ставлю на кресло. Лея ведет ушами, но не просыпается. А я в очередной раз прокручиваю в голове судебное заседание.
Вадим был великолепен. Всерьез задумываюсь, откуда в моей голове взялся образ неотесанного хамоватого наглеца, который заблокировал мой номер после нескольких телефонных разговоров. Потому что сейчас я вижу в нем совсем другое.
Острый ум. Железную волю. Хладнокровие, которому можно позавидовать.
Подумать только, Кирилл ему угрожал через третьих людей, а он проигнорировал все предупреждения. Взялся и успешно защищает мои интересы.
Под ускорившийся сердечный ритм тянусь к своему мобильному и открываю нашу с ним переписку.
В итоге не решаюсь. Вздыхаю и блокирую мобильный углом к своему лбу.
Ну что ты мечешься, Марьяна? Вот зачем?
Чтобы потом прижать его."
"Вам лучше просто работать. У вас это вроде бы получается. И как бы стыдно ни было признаваться, но в большей степени — благодаря ему.
Пригубляю еще вина. Этот глоток кажется особенно горьком.
Придумывать ответы пообидней с опозданием в полдня — глупость. Не хочу этим заниматься. Запрещаю себе. А вот чем хочу.
Поворачиваю голову и смотрю в сторону абрисов входной двери. В квартире темно, поэтому вижу я её плохо.