Телефон ложится на подушку, а с лица Марьяны так и не сходит это дурноватое выражение лица. Я с силой сжимаю чертов кофе. Хочется со всей дури запустить стакан в стену. Подавляю в себе это желание, как и непонятно откуда взявшуюся злость.
— С кем разговаривала? — спрашиваю, как ни в чем ни бывало. Словно это не мне хочется броситься проверять входящие в ее телефоне, а еще лучше вмазать тому самому Стасу.
Марьяна вздрагивает, поворачивает ко мне голову. Удивляется так, словно это я в ее доме и постели сейчас нахожусь, а не наоборот.
Хлопает несколько раз своими длиннющими ресницами и как то уж слишком наигранно произносит:
— Да так, никто.
И сразу же переводит тему:
— 0, тебе на работу уже, наверное, пора, я пойду тогда к себе, — она выскакивает из постели, запоздало вспомнив, что полностью обнаженная.
Застывает рядом с кроватью, прикрывает рукой грудь. Краснеет вся от смущения.
Глаза ее по сторонам бегают. А у меня в штанах сразу же тесно становится от одного взгляда на нее. Ноги стройные, длинный.
Воздуха враз как-то не хватает и в квартире жарко становится. Хочется к черту послать работу и еще на часок задержаться здесь с ней, но между работой и сексом с Марьяной сейчас стоит какой-то Стас.
С ним она тоже трахается?
Я делаю несколько шагов к шкафу, достаю оттуда свою футболку и бросаю ей.
Марьяна ловит ее, быстро натягивает на себя. Ведет себя так, словно это не она вчера так откровенно стонала и изгибалась подо мной, прося добавки.
Она проходит мимо меня, покидая спальню.
— Спешишь куда-то? — спрашиваю, наблюдая за тем, как резкими движениями она по спальне собирает свою одежду.
Марьяна замирает, распрямляется, поднимает на меня взгляд.
— А мы что встречаемся, что я должна перед тобой отчитываться? — спрашивает медленно, сощуривается и усмехается.
— И ты, и я в процессе развода. После такого еще лет десять не захочется никаких отношений, правда? Думаю, ты меня понимаешь, как никто другой.
— Тогда не задавай ненужный вопросов, — недовольно фыркает она, словно ожидала от меня другого ответа.
Марьяна натягивает на себя штаны и махнув на прощанье рукой идет к входной двери."
"— Марьяна, — зову ее и та тормозит.
— Да? — оборачивается, прикусывая губу. Почему-то нервничает.
— Ты телефон свой в спальне забыла. Вдруг Стас позвонит, а ты ответить не сможешь? — говорю с насмешкой, а сам уже ненавижу этого Стаса.