Если доверенности не будет то и оснований для засвидетельствования сделки не было. Победа по-любому была бы за нами. А так Лариса может утопить обидчика в его же дерьме по самые уши. Она получит условный срок за сотрудничество со следствием и чистосердечное. Кирилл — по самое не хочу. Ну и сделка будет аннулирована, а значит…
— Еще немного и я снова владелица империи Минаевых.
У меня дрожат руки и голос, насколько звучит невероятно. Но время неверия прошло. Наша с Вадимом победа витает в воздухе. Судья объявила очередной перерыв в судебном заседании.
Я поднимаю бокал, вслед за моим в воздух взлетают еще три.
— Я хочу поблагодарить каждого из вас за бесценную помощь.
Я говорю абсолютно искренне, проходясь взглядом по лицам друзей и любимого мужчины.
Мне кажется, Мира растрогана больше меня — у нее даже слезы на глазах выступают.
— Без вас я не справилась бы.
Говорю как будто Мире, но, не сдержавшись, скашиваю взгляд на Вадима. Он подмигивает, я таю.
— Мы рады, что всё получилось.
Мира завершает тост и мы наконец то чокаемся.
Дальше говорим на отвлеченные темы. Вечер получается очень уютным. На душе — спокойно. В сердце живет любовь.
Вадим откидывается на своем стуле и устраивает руку на спинке моего.
Даже этот вроде бы незначительный жест мне кажется очень интимным.
Мира тоже его замечает. Смотрит на меня многозначительно, я пожимаю плечами.
— Кстати, Лея родила, я говорила?
— О боже! Так вы теперь — родители?
Я хочу ответить, но теряюсь, когда пальцы Вадима касаются моего плеча. Слегка щекочут потом гладят.
Мира смотрит на нас большими глазами, а я не нахожу ничего лучше, как накрыть ладонь мужчины своей, припечатывая:
— О, да. У меня даже фото есть, сейчас покажу.
Тянусь за мобильным, открываю фотоальбом со щенками Леи и показываю Мире, чувствуя, как Вадим гладит меня уже по спине.
Я не понимаю, кода именно это произошло и что стало тому причиной, но кажется, что он принял решение выходить из тени.
Даже если нас сейчас заснимут, уже плевать. У желтых изданий есть на завтра новость намного более острая: мошенничество Кирилла Субботина вскрыла его любовница.
— Они такие. Страшненькие, — Мира говорит чистую правду, я поначалу тоже считала их такими. Но теперь уже фыркаю.