Ловлю себя на этом, прокашливаюсь, ровняю плечи и снова надеваю на лицо безразличное выражение:
— То есть ты предлагаешь мне всем говорить, что беременная Лея нашла меня каким-то чудом по запаху на другом конце города?
Вместо внятного ответа Вадим пожимает плечами.
Убирает руку от Леи и смотрит мне прямо в глаза:
— Надеюсь, с возвращением собаки к тебе вернется и самообладание, Марьяна. —Он говорит иначе — холодно и серьезно. Я душу в себе обиду и желание ответить, что я не истеричка. — На следующей неделе у нас заседание.
— А ты-то сам готов? — Веду себя привычно пренебрежительно, проезжаюсь по мужчине взглядом, словно очень сомневаюсь. Хотя на самом деле, я в него верю куда больше, чем в себя. Но Вадим об этом не узнает.
— Более чем. С некоторых пор желание размазать твоего мужа — одна из главных моих целей.
Объяснять, что он имеет в виду, Вадим не собирается. Развернувшись, идет к своей двери.
Я же провожаю его взглядом, отгоняя от себя лишние мысли.
Это никак не связано с тобой, Марьяна. Ты ему нужна разве что для спонтанного секса. Он не рвется защищать твою честь, он просто хочет самоутвердиться, повергнув сильного соперника.
Глава 23. Марьяна
Все утренние кофе и ужины до дня судебного заседания отменяются по ряду
причин. То не получается у Вадима, то я придумываю какой-то дурацкий предлог и выдыхаю, когда Титов отвечает мне сухое «ок».
Обратно в свою квартиру я не переезжаю, хоть и собиралась, но морально мне действительно становится легче, потому что Лея наконец-то со мной.
Несколько раз думала о том, чтобы по-соседски предложить Вадиму выводить на прогулку Лею с Марселем. Ведь какая разница, самое непозволительное между ними уже случилось, а близость нерадивого папочки может поможет моей беременной малышке и ее щенкам побыстрее забыть пережитый стресс. Тем более, Вадим не стал менее занятым человеком, а значит время для утренних и вечерних прогулок выкраивать ему тяжело. Но пока смелости озвучить это предложение я в себе не нашла.
В среду ровно в половину девятого выхожу из холла здания и направляюсь к машине Вадима.
Он уже ждет. Не знаю, волнуется ли, но выглядит привычно превосходно.
Стоит у машины и без смущения проходится взглядом по мне. Я в свою очередь глупо надеюсь, что мой внешний вид его будоражит. Хотя господи... Зачем мне вообще его будоражить?
— Доброе утро, — проявляя немыслимую галантность, Вадим открывает для меня дверь и помогает забраться.