И в этот момент в динамике послышался звук, оповещающий, что кто-то пытается пробиться ко мне на второй линии.
— Прости, мне звонят.
— До встречи, — попрощалась девушка и сбросила вызов. Я же принял звонок с очередного незнакомого номера:
— Мастер Морозов? — послышалось в трубке. — Простите, что отвлекаю, но ваши чернила готовы. Можете забирать.
— Хорошо, — ответил я. — Скоро буду.
Я убрал телефон в карман. Откинулся на спинку кресла и попросил водителя:
— К магазину ""Дядюшка Осьминог"".
И авто выехало с парковки.
Дорога заняла немного времени. Водитель, как и в прошлый раз, остановился неподалеку от нужной лавки. Я дошел до нее без приключений. Колокольчик вновь звякнул над головой. Навстречу вышел Василий и при виде меня расплылся в благостной улыбке.
— Мастер Морозов, — воскликнул он и поклонился. — Я вас ожидал завтра.
— Сожалею, — растерялся я. — Мне стоит заехать в другой день?
— Нет, что вы. Чернила уже готовы. Но я не успел разлить их по флаконам.
— Я с радостью вам помогу, если надобно, — предложил я.
— Как можно? — всплеснул руками толстячок. — Не барское это дело.
— Не соглашусь, Василий Васильевич, — мягко возразил я, снимая куртку и закатывая рукава рубахи. — Мой отец говорил, что труд облагораживает человека.
Я прикусил язык, поняв, что сказал лишнего. Но старик просиял от моих слов и махнул рукой, приглашая меня в соседнюю комнату. Там царил полумрак. Длинный стол расположился посередине комнаты. Над ним вспыхнула лампа. Вдоль стен тянулись полки со склянками и коробочками с надписями.
— Обычно тут не бывает клиентов, — словно оправдываясь, заявил хозяин лавки. — Вы уж извините за беспорядок.
Я еще раз оглянулся и заметил ящики у дальней двери. Видимо, их и имел в виду Василий.
— Я на вашей территории. И благодарен, что вы впустили меня в святая святых своего заведения. Чем могу быть полезен?
— Вымойте руки, — деловито попросил мужчина, указав на раковину в углу.
Я быстро натер кожу куском дегтярного мыла, а потом смыл его под струей прохладной воды.
— Бросьте в корзину.
— Понятно.
— Я не люблю бумажные салфетки, — продолжил старик. — Знаете, привык к старому доброму льну и никак не могу заставить себе стать более современным.
— Главное, чтобы вам было комфортно, — я пожал плечами.
— А мой подмастерье никак не поймет этого, — вздохнул Василий.
Он зажег свечу в простом оловянном блюдце.