Альберт снова пучится. Подгавкивает…
— Лучше молчи, — приказываю ему и медленно, шаг за шагом поднимаюсь. За пять минут как раз управлюсь.
То, что она медсестра, не дают забыть красные медицинские кресты, проступающие на сосках. Член при этом напоминает, что я все еще мужчина. Со своими потребностями. Не совсем удовлетворенными после вчерашней ночи.
— Ложись на живот, — Ника сосредоточенно вскрывает упаковки на журнальном столике.
— А диплом покажешь?..
— Тебе придется поверить мне на слово, — смотрит свысока и надевает перчатки.
Сразу взрослой такой кажется. Точно, Скальпель.
Воздух наполняется запахом медицинского кабинета. Это навевает не совсем приятные воспоминания из детства.
— Я передумал, — пячусь назад.
— Вот еще. Не выдумывай. Ложись.
— Не… У меня там дела.
— Какие у тебя могут быть дела? — заливисто смеется. — Сегодня тридцать первое декабря…
— Важные, — закатываю глаза.
— Какие еще важные? Ты даже не мэр. Так… — закусывает нижнюю губу. — Глава администрации… а уколов боишься.
— Чего? — хмурюсь и выпрямляюсь. — Это кто боится?
Ложусь на холодное покрывало. Привстав на локтях, стягиваю штаны с задницы вместе с трусами.
Вчера она передо мной раздевалась, сегодня я. Один-один.
Ягодиц касаются холодные руки. Намеренно долго елозят спиртовой салфеткой по правому верхнему квадранту.
— Расслабь мышцу, — тихо просит Ника.
Я недовольно вздыхаю.
— Расслабь… — легонько бьет.
Я утыкаюсь горячим лбом в локоть и думаю, как сказать этой девчонке, что, когда я расслабляю одну мышцу, другая — которая спереди — сразу же напрягается еще больше.
С горем пополам представляя, прости господи, голых бабушек из дома престарелых, получаю свою дозу в задницу.
— Молодец, — хвалит Ника ласково. Уже как Мандаринка. — Теперь поспи. Я пока тут побуду…
Натянув штаны, кладу голову на подушку и мгновенно отрубаюсь.
Глава 9. Ника без пола, а Константин без потолка!..
Константин
— Блядь, — отпускаю, продирая глаза.
Ни хрена понять не могу.
Где я?.. Кто я?.."
"В комнате приятный, совершенно нераздражающий сетчатку глаз полумрак, в прохладном воздухе сладко-сладко пахнет мандаринами. Этот аромат и кисловатый вкус теперь навсегда будут мощнейшим афродизиаком.
Я Костя. Мне тридцать один. И я кончаю от цитрусовых.
Докатился!..
Сбросив ноги на холодный пол, активно вращаю головой и потираю голую грудь.
Блядь.
Стопэ!
Голую грудь?..
Откинув легкое одеяло, обнаруживаю на себе только боксеры.